Может ли полицейский заниматься бизнесом?

Может ли полицейский заниматься бизнесом?

Евгений Разумный / Ведомости / Ведомости

«Борьба с преступностью всегда сопряжена с риском для жизни. В текущем году при исполнении служебных обязанностей погибло 37 наших сотрудников и более 1300 получили ранения» – так осенью 2018 г.

министр внутренних дел Владимир Колокольцев подчеркнул опасность работы полицейских в России. Из-за такой опасности службы во многих странах есть понимание, что денежное довольствие полицейских должно быть выше средней заработной платы по стране.

Повышенная опасность для жизни и здоровья также компенсируется ранним выходом на пенсию и специальными льготами.

Мы уже рассказывали, что средний доход российского полицейского сегодня не отличается от среднего дохода в стране.

Означает ли это, что общество недооценивает опасность работы полицейских? Известный американский криминолог Маркус Фельсон, говоря о том, что общественное восприятие работы полицейских крайне далеко от реальности, цитирует фольклор американских полицейских: «Работа полицейского – это многочасовая скука, изредка прерывающаяся несколькими мгновениями неподдельного ужаса».

Действительно, подавляющую часть работы полицейского в любой стране составляют не захватывающие погони, перестрелки с бандитами или расследование леденящих душу убийств.

Их работа – это, во-первых, реагирование на вызовы, которые оказываются мелкими бытовыми конфликтами (шумные соседи, громкая музыка, пьяные компании, лающие собаки), во-вторых, бумажная работа: бесконечные рапорты и другие документы. Наше исследование обращений в российскую полицию показывает, что Россия здесь вовсе не исключение: 22% обращений связано с бытовыми происшествиями. Если полицейская рутина и может кого-нибудь убить, то разве что скукой и монотонностью.

Может быть, настоящий риск для полицейских – это именно те редкие «мгновения неподдельного ужаса», когда вероятность лишиться здоровья или жизни наиболее высока?

Для начала вновь обратимся к американскому опыту. Ежегодная статистика ФБР о гибели полицейских при исполнении в США показывает, что риск такой гибели равен 0,0000685, т. е. из 100 000 американских полицейских в год семь погибают от насильственных причин.

Много это или мало? Это в среднем несколько выше, чем вероятность для обычного гражданина США погибнуть насильственной смертью (шесть убийств на 100 000 жителей), однако примерно сравнимо с гибелью от несчастных случаев.

Если смотреть на все причины гибели при исполнении, то, по данным Национального мемориального фонда сотрудников правоохранительных органов США, в 2018 г. погибло 144 офицера при исполнении. Примерно треть из них погибли от огнестрельного оружия, обычно при попытках ареста.

Еще треть офицеров погибли в дорожно-транспортных происшествиях, а оставшиеся – от других причин, таких как связанные с работой заболевания (инфаркты, инсульты и рак). Риск полицейской работы в США сравним с повседневным риском обычных людей.

Как это соотносится с российским опытом? Для ответа на этот вопрос нам придется опереться на не до конца точные данные. Дело в том, что мы не знаем в точности, сколько в современной России полицейских. Получить примерное количество полицейских может помочь соответствующий указ президента об установлении предельной штатной численности органов внутренних дел.

Указ устанавливает штатную численность МВД без гражданских служащих и работников в 746 859 человек с 1 января 2018 г. Согласно заявлению министра внутренних дел за январь – октябрь 2018 г. при исполнении служебных обязанностей погибло 37 сотрудников. Если экстраполировать это число на год, то получится около 45 погибших сотрудников.

Тогда риск быть убитым для российского полицейского равен 0,00006, или 6 на 100 000 полицейских, что примерно столько же, сколько для американских коллег или даже для американского обывателя.

А если учесть, что риск гибели в целом (в том числе от ДТП или болезни) для американских полицейских выше, то следует порадоваться за наших сотрудников органов внутренних дел: вероятность погибнуть при исполнении в России у полицейских меньше, чем в Америке.

Эта радость, впрочем, омрачается тем фактом, что, по данным Института измерения и оценки здоровья при Университете Вашингтона на 2017 г., для среднего россиянина вероятность погибнуть в результате преступного насилия равняется 0,00015, т. е.

15 человек на 100 000 жителей, а вероятность погибнуть в результате несчастного случая – 0,00042, или 42 на 100 000 населения.

Иначе говоря, риск погибнуть от несчастного случая или насильственных действий у российских обывателей в несколько раз выше, чем риск погибнуть при исполнении у российского полицейского.

При этом не ясно, что имел в виду министр внутренних дел, говоря о погибших при исполнении служебных обязанностей российских полицейских. Включены в это число только насильственные смерти или еще и несчастные случаи? Учитываются ли смерти в результате заболеваний, связанных с исполнением служебных обязанностей?

Фигурой умолчания в этой статистике является содержание работы сотрудников правоохранительных органов. Далеко не все из упомянутых 747 000 сотрудников работают «на земле», т. е. патрулируют участки, преследуют нарушителей, реагируют на вызовы и обращения граждан, занимаются оперативно-розыскными мероприятиями и по-настоящему рискуют жизнью.

Многие сотрудники органов внутренних дел занимаются канцелярской работой в штабах и управлениях, и их риски для жизни и здоровья ощутимо ниже. Тем не менее эти сотрудники получают похожие гарантии и льготы, что и сотрудники «на земле».

Это, с одной стороны, ложится бременем на бюджет страны, с другой – занижает рассчитанные выше риски погибнуть при исполнении.

И российские полицейские, и российское общество выиграют от честного обсуждения причин гибели полицейских при исполнении. Специальный ежегодный доклад, рассказывающий истории погибших полицейских и анализирующий причины трагедий, мог бы, с одной стороны, увековечить служебный подвиг сотрудников полиции, а с другой – объяснить обществу трудности службы и предотвратить будущие трагедии.

Авторы — младшие научные сотрудники Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге

Сотрудник органов внутренних дел заниматься предпринимательской деятельностью

Подборка наиболее важных документов по запросу Сотрудник органов внутренних дел заниматься предпринимательской деятельностью (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Сотрудник органов внутренних дел заниматься предпринимательской деятельностью

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Сотрудник органов внутренних дел заниматься предпринимательской деятельностью

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Статья: Проблема установления размера ущерба или дохода при раскрытии и расследовании незаконного предпринимательства(Усенко О.В.)

(«Российский следователь», 2020, N 1)

Однако доказать получение такой выручки в размере 2,25 млн руб., разумеется, не просто.

Ведь, осуществляя свою деятельность незаконно, виновные часто нарушают предусмотренные законом правила проведения расчетов с потребителями, минуя безналичные формы расчетов или используя для этих целей счета различных физических лиц.

А при расчетах в наличной форме виновные, как правило, не держат при себе всю прибыль, а также платежные документы о произведенных платежах.

В результате и в этом вопросе так же, как и при установлении характера и размера ущерба, причиненного незаконной предпринимательской деятельностью, у сотрудников органов внутренних дел возникает немало трудностей не только теоретического, но и прикладного характера.

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Статья: Конкуренция «отрицательных» оснований увольнения сотрудников органов внутренних дел: алгоритм решения проблемы(Батрова Т.А., Корнеева О.В.)

(«Журнал российского права», 2017, N 5)

Исключение соответствующего нарушения из числа грубых нарушений служебной дисциплины на сегодняшний день не устраняет конкуренции между случаями увольнения в связи с утратой доверия, перечисленными в ст. 82.1 Закона о службе, и таким основанием увольнения, как грубое нарушение служебной дисциплины (ч. 2 ст. 49 Закона о службе).

Причиной тому является не только несколько аморфное понимание категории «утрата доверия» применительно к служебным отношениям с участием сотрудников органов внутренних дел, на которое изначально обращалось внимание в научной литературе , но и максимально широкий подход законодателя к определению перечня нарушений служебной дисциплины, относимых к категории грубых: в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 49 под данную категорию подпадает любое несоблюдение сотрудником ограничений и запретов, установленных законодательством Российской Федерации. Поскольку в данном случае речь идет не только об ограничениях и запретах, устанавливаемых Законом о службе (ч. 1 ст. 14), но и об ограничениях и запретах, «устанавливаемых законодательством Российской Федерации» в целом, под грубым нарушением служебной дисциплины следует понимать также нарушение сотрудником требований Федерального закона от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее — Закон о противодействии коррупции) и ст. ст. 17, 18 и 20 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (далее — Закон о государственной службе) . Исходя из этого в каждом из случаев утраты доверия к сотруднику, предусмотренных ст. 82.1 Закона о службе, может возникать повод для его увольнения в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. Так, «непринятие сотрудником органов внутренних дел мер по предотвращению и (или) урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является» (п. 1 ч. 1 ст. 82.1 Закона о службе) является нарушением ч. 4.1 ст. 12.1 Закона о противодействии коррупции и п. 5 ч. 1 ст. 18 Закона о государственной службе; «участие сотрудника органов внутренних дел на платной основе в деятельности органа управления коммерческой организации, за исключением случаев, установленных федеральным законом» (п. 3 ч. 1 ст. 82.1 Закона о службе) и «осуществление сотрудником органов внутренних дел предпринимательской деятельности» (п. 4 ч. 1 ст. 82.1 Закона о службе) — нарушением п. 2 ч. 3 ст. 12.1 Закона о противодействии коррупции и п. 3 ч. 1 ст. 17 Закона о государственной службе и т.д.

Нормативные акты: Сотрудник органов внутренних дел заниматься предпринимательской деятельностью

Незаконное предпринимательство: кого штрафуют, и как находят нарушения

Бизнес и самозанятость нужно регистрировать. Даже если скромный доход или совсем нет прибыли. Даже если это просто хобби — не столько ради денег, сколько для души. Всё, что попадает под понятие «предпринимательская деятельность» будет законным только после регистрации в налоговом органе. Иначе — административный штраф, а то и уголовная ответственность, не считая взыскания налогов.

Законное и незаконное предпринимательство

Распространено мнение, что незаконное предпринимательство — это когда получаешь доход и не платишь налоги. На самом деле это не совсем так. Незаконное предпринимательство — это когда человек работает самостоятельно с целью систематического получения дохода, но не регистрируется и не получает необходимые лицензии —  абз. 3 ч.1 ст. 2 ГК РФ и ст. 14.1 КоАП РФ. 

Читайте также:  Приказ о замечании работнику: образец, как оформить вынесение, сколько раз можно объявлять, журнал регистрации, как снять, срок обжалования

Вот два примера, которые помогут разобраться:

  1. Девушка делает маникюр и стрижки на дому. С доходов она перечисляет налоговой 13%. Несмотря на уплату налогов, она всё равно нарушает закон. По факту деятельность предпринимательская, значит нужна регистрация в качестве предпринимателя и оплата налогов по правилам для бизнеса. 

  2. Мужчина увлекается созданием мебели. Он сделал несколько шкафов и столов для знакомых, разместил свои работы в социальных сетях и рассказал, что принимает заказы. Он уже стремится получить прибыль. Если налоговая докажет, что систематически, то оштрафует. Другой вопрос — должен ли он заплатить налоги. Неуплата налогов — отдельное нарушение.

Не составляет труда установить отсутствие регистрации или лицензии. Либо они есть, либо нет. Но вот доказать, что деятельность является именно предпринимательской — не всегда просто. Основная сложность — подтвердить нацеленность на систематическое (!) получение прибыли. В законах определения этой характеристики нет, поэтому приходится обращаться к судебной практике. 

Как налоговая признаёт предпринимательство незаконным

Ключевые моменты судебной практики по делам о незаконном предпринимательстве рассмотрены в Письме ФНС от 07.05.2019 № СА-4-7/8614. Оно содержит и позицию ФНС по отдельным спорным вопросам.

Что важно знать:

  1. Налоговая должна доказать, что человек занимается предпринимательской деятельностью. Без доказательства штрафовать нельзя.

  2. Признаки предпринимательской деятельности — длительность, систематичность и массовость сделок. Ещё характерны:

  • учёт операций, даже если в «блокнотике»;
  • устойчивая связь с клиентами и контрагентами, например, заключение договоров;
  • приобретение имущества для получения прибыли, например, если квартира завалена трубами на продажу.
  1. Цель систематического получения прибыли доказывают показания контрагентов, документы, выписки по счетам, размещение рекламы, выставление образцов и предложение купить. Обычно человек активно стремится к систематической прибыли, а не получает пассивный доход.

  2. Отсутствие прибыли не превращает предпринимательскую деятельность в «непредпринимательскую».

Как выявляют нарушения

Выявление незаконных предпринимателей ещё не приобрело массового характера. Как правило, речь идёт только о единичных случаях привлечения к ответственности. 

Обычно под прицел ФНС попадают люди, которые имеют слишком большие обороты, кладут на счёт и снимают с него подозрительно много денег и получают переводы от большого количества людей. Особенно заметно — когда незаконный предприниматель не получает официального заработка. 

Небольшие обороты не гарантирует отсутствие претензий налоговой. В налоговую могут пожаловаться клиенты или конкуренты. 

Налоговиков, как правило, не особо интересуют факты мелкого (бытового) незаконного предпринимательства. Их интересует неуплата налогов. Поэтому, в какой-то мере, спасает регулярная и честная уплата НДФЛ. Но иногда сверху спускают указание — выявить незаконное предпринимательство. В этом случае подключают все доступные механизмы, чтобы набрать нужное количество правонарушений.

Всё легко выявляется:

  • мониторингом соцсетей;
  • опросами, встречными проверками клиентов и контрагентов;
  • анализом активностей по информационным базам и реестрам;
  • запросами выписок из банковских счетов;
  • контрольными закупками (двух будет достаточно, а иногда хватает и одной);
  • рейдами, в том числе с привлечением сотрудников полиции;
  • налогово-полицейскими оперативно-розыскными мероприятиями.

????

11 видеоуроков для уверенного старта бизнеса

Начать обучение

Что грозит за незаконное предпринимательство

Если доказанный размер дохода не превысит 2,25 млн рублей, за незаконное предпринимательство привлекают к административной ответственности. В обратном случае — к уголовной.

Административная ответственность наступает по ст. 14.1 КоАП РФ:

  • нет регистрации — штраф в размере 500-1000 рублей;
  • нет лицензии — штраф в размере 2-2,5 тыс. рублей (граждане) или 40-50 тыс. рублей (юридические лица).

Штрафные санкции небольшие. Но основная опасность — налоги, которые насчитают за период незаконной предпринимательской деятельности. Если предприниматель не согласен с начислениями, уже не налоговая должна доказывать свою правоту, а предприниматель — неправоту налоговой.

Что делать, если решился регистрировать ИП

Часто ИП регистрируют не потому, что боятся штрафов, а потому что так удобнее. В любом случае, к регистрации нужно подготовиться. Самый простой способ — пройти наш бесплатный курс молодого ИП.

За 11 уроков по 5-10 минут вы узнаете, как выбрать лучший способ открыть ИП, что необходимо сделать сразу после регистрации, как оформлять документы по сделкам и получать официальные доходы, а ещё — как платить налоги и что делать при проверках. 

Статья актуальна на 06.02.2022

Компанию проверяет полиция: как обезопасить себя и свой бизнес от негативных последствий проверки. Часть 1

Помимо выездных налоговых проверок и визитов представителей внебюджетных фондов в компанию может нагрянуть с проверкой полиция. Мероприятие малоприятное.

Тем более, что проверяющие данной категории используют эффект неожиданности и часто являются в офис без каких-либо предварительных звонков и запросов.

Более того, никто никогда не знает, придет в компанию полиция с проверкой или нет – подобная информация является строго конфиденциальной. Все это исключает возможность быть готовым к подобному визиту.

Именно эффект «свалившегося на голову снега» зачастую приводит к тому, что проверка заканчивается возбуждением уголовного дела. Это обусловлено тем, что в ходе проверки неподготовленные сотрудники компании, сами того не желая, снабжают проверяющих доказательствами наличия признаков преступлений в деятельности компании и ее руководства.

Давайте рассмотрим, в каких случаях в компанию приходит полиция, какие действия и в каких случаях может предпринять, как грамотно вести себя в ходе такой проверки, а также возможные способы оградить компанию и ее должностных лиц от возможных негативных последствий проверки.

К кому чаще всего приходит полиция?

Чаще всего полиция наведывается в компании с большим оборотом налички – торговля (особенно если есть алкоголь), АЗС. Также в зоне риска крупные компании, где нарушения достаточно легко найти из-за множества операций. Но это если рассуждать с точки зрения закона.

Если же рассматривать ситуацию «по жизни», то в целом же нельзя сказать, какая сфера деятельности наиболее опасна с точки зрения повышенного внимания полицейских. Поскольку полицейская проверка – это один из инструментов бизнес-споров, причем подготовить почву для визита совсем несложно.

Так, например, в апреле 2016 года только в одном среднестатистическом городе Московской области было как минимум два подобных визита полиции. Первый – в сеть косметических салонов, который приглянулся (с точки зрения изъятия) жене мэра города. В данном случае проверку инициировали с целью вынудить продать бизнес за бесценок (визит полиции – способ уменьшения цены).

Второй – в автомойку, совмещенную с авторемонтом, где арендатор мойки не сошелся в отдельных вопросах с хозяином помещений. И все началось с примитивного заявления об использовании краденого оборудования (все это не подтвердилось, но нервы потрепали изрядно).

Когда в компанию может прийти полиция

Оснований для полицейской проверки достаточно много. Но мы рассмотрим самые распространенные ситуации, когда полиция может оказаться на пороге офиса компании.

1. Проведение доследственной проверки

Такая проверка возможна в случае:

  • поступления в полицию сообщения о преступлении, поданного кредитором в рамках неисполненных договорных обязательств; недовольным (уволенным) сотрудником компании; анонимными заявителями (конкурентами) и др.
  • недобросовестности контрагентов, в отношении которых возбуждены уголовные дела или проводятся процессуальная и/или налоговая проверка.
  • нарушения самой компанией законодательства, выявленного в рамках: налогового мониторинга; утечки информации; аудита; сомнительных банковских операций.
  • отказа предоставлять информацию по запросу правоохранительного органа, либо игнорировании такого запроса. Поэтому в любом случае необходимо отвечать на запросы полиции, предварительно проверив законность и обоснованность изложенных в данном запросе требований.
  • прибытия в офис компании недобросовестных представителей проверяющих структур с корыстными целями, без наличия законных и достаточных на то оснований, (подобные факты и в настоящее время имеют место быть).
  • привлечения сотрудников полиции в рамках внутрикорпоративных конфликтов совладельцев и управленцев бизнеса.

Случай из практики

К нашему клиенту под видом посетителей прибыли два оперативных сотрудника. В то время как один из сотрудников вел беседу с руководителем компании, второй убедил одного из работников передать ему документы, содержащие конфиденциальную информацию. После получения необходимой информации оба сотрудника ушли.

При обращении к нам клиент не знал данные о лицах, приходивших к нему, а также основания их нахождения в офисе, так как никаких документов сотрудники оперативных служб не предъявили.

Данная история закончилась определенными финансовыми потерями для клиента, а также потерей деловой репутации и определенного количества нервных клеток для директора компании.

Важно!

Если ранее решение вопроса о возбуждении уголовного дела по налоговым преступлениям было возможным лишь после вступления в законную силу решения налоговой инспекции о привлечении к ответственности, то сейчас для проведения следственных, а также проверочных действий достаточно любой, в том числе оперативной информации о наличии в действиях должностных лиц компании признаков состава налогового преступления.

  • 2. В рамках выездной налоговой проверки
  • В настоящее более 90% всех выездных налоговых проверок проводится с участием сотрудников полиции.
  • 3. При расследовании уже возбужденного уголовного дела

В данном случае у полиции есть полномочия проводить обыски в офисе, в доме директора, а также личные досмотры сотрудников и должностных лиц компании. При этом проверяющие обязаны предъявить уполномоченному представителю компании постановление на обыск, подписанное следователем.

Что позволено полиции в ходе проверки компании

Обратите внимание, что действия сотрудников полиции в ходе проверки не безграничны – они могут проверять только в рамках предмета проверки, указанного в постановлении о ее проведении, и производить только те действия, на которые у них есть соответствующие полномочия, описанные в постановлении.

Осмотр или обследование помещений проводится в рамках доследственной проверки. При обследовании полиция имеет право осматривать только те вещи, которые лежат на поверхностях – на столах, тумбочках, полках шкафов.

Открывать кабинеты, сейфы или выдвигать ящики столов проверяющие самостоятельно не имеют права, однако вправе требовать это сделать кого-нибудь из числа работников проверяемой компании (но они в свою очередь не обязаны выполнять данное требование, если считают его незаконным).

Кроме того, в ходе обследования работники компании могут общаться, свободно передвигаться по офису и даже покинуть его, и полицейские не вправе их в этом ограничить.

Важно!

Если в ходе осмотра проверяющие просят открыть сейф, то исполнять это требование не обязательно, пусть даже полиция угрожает его изъятием. Полицейским можно сообщить, что действия полицейских в ходе изъятия будут зафиксированы и затем обжалованы как незаконные.

Обыск возможен исключительно в рамках расследования уже возбужденного уголовного дела. При обыске полицейские имеют право вскрывать и обыскивать любые помещения, включая кабинет руководителя и главного бухгалтера компании, а также сейфы, закрытые на ключ шкафы, ящики стола и т. д., если владелец отказывается открыть их добровольно.

Читайте также:  Выиграл лотерею грин-карт сша: что делать дальше

В отличие от осмотра, при обыске сотрудники полиции вправе запретить всем присутствующим покидать помещение, переговариваться друг с другом и общаться по телефону до окончания следственных действий.

Важно!

Лучше не препятствовать полиции, так как это может служить основанием для привлечения как к административной, так и к уголовной ответственности!

Обыск и осмотр помещений – только с двумя понятыми!

Для проведения обыска или осмотра помещения в обязательном порядке должны присутствовать двое понятых. Полицейские либо приводят их с собой, либо просят выступить в их роли кого-то из присутствующих. В том, что понятыми будут сотрудники проверяемой компании, есть свои плюсы – при свидетелях полиция вряд ли будет предпринимать какие-либо незаконные действия.

В ходе обыска также возможен и личный досмотр работников компании.

В зону интересов полицейских попадут личные компьютеры, флешки, планшеты, смартфоны, телефоны, записные книжки и другие предметы, содержащие информацию.

И если один из вышеназванных предметов окажется на рабочем месте либо в личных вещах, то «улику» могут изъять с формулировкой «содержит информацию, относящуюся к расследуемому уголовному делу».

Важно!

В ходе оперативно-розыскных мероприятий при доследственной проверке обыск сотрудников, досмотр их личных вещей – сумок, портфелей, столов и др. – не допустим, как и изъятие этих предметов, за исключением случаев совершения сотрудником компании административного правонарушения или преступления.

  • Выемка документов, изъятие предметов

При проведении обследования помещений полицейские имеют право изъять документы и предметы, в том числе электронные носители информации. Однако изыматься могут только документы и предметы, имеющие непосредственное отношение к основаниям, указанным в распоряжении о проведении обследования. Изъятие документов производится только по описи, подписанной обеими сторонами.

Важно понимать, что на стадии доследственной проверки (т.е. до возбуждения уголовного дела) опрос – это оперативно-розыскное мероприятие, которое проводится только с согласия участвующего в нем лица, то есть опрашиваемого.

Сотрудники полиции вправе задавать вопросы, но у представителя компании отсутствует обязанность на них отвечать, если он не желает этого делать.

Поэтому на данном этапе общение с представителями полиции желательно свести к минимуму.

Во всех случаях проверяющие желают провести опрос представителей бухгалтерской службы компании. Помимо главбуха опрашивают рядовых сотрудников бухгалтерии, которые отвечают за тот или иной участок. Опасность в том, что самого наемного бухгалтера к уголовной ответственности не привлекают – его заставляют дать показания на генерального директора и отпускают.

Движимые чувством страха за то, что «могут привлечь за сговор», главбухи чаще всего сотрудничают с полицией и максимально откровенно и подробно рассказывают обо всех сделках и тем самым вредят компании и своему руководству. Когда же бухгалтерия компании вынесена на аутсорсинг, то риск сообщить проверяющим лишнюю информацию исключен.

Важно!

Опрос вне рамок уголовного дела недостаточно четко урегулирован законом, а это дает полицейским некоторую свободу в выборе времени, места, условий и способа проведения таких «бесед». И полицейские часто этим пользуются: ведут долгие изматывающие беседы, вводят в заблуждение, используют угрозы и т.д.

Как грамотно вести себя в ходе опроса и защититься от уловок сотрудников полиции, мы расскажем в одной из ближайших публикаций.

Обращайтесь – мы всегда на связи!

Веду бизнес без ИП. Как меня вычислит налоговая?

 Delo.modulbank.ruDelo.modulbank.ru

Личные счета и карты контролируют налоговая, банки и Финмониторинг. Есть два инструмента контроля:

налоговая автоматически получает информацию об открытии всех счетов. Даже если вы не ИП или ООО, а обычный человек и заводите карту для себя, всё равно налоговая узнает об этом через 10 дней после открытия счета;

налоговая может запросить выписку по счету у банка.

Обязательно контролируют операции от 600 000 рублей — — статья 6, 115-ФЗ

Кроме налоговой за движением денег на картах следят банки и Финмониторинг. Банк анализирует поступления и расходы, смотрит на назначение платежей и может заблокировать счет по своей инициативе или указанию Финмониторинга.

После блокировки банк попросит документы для подтверждения дохода. Если подтвердить, счет разблокируют.

Суммы от 600 000 рублей проверяют в обязательном порядке, а до этой суммы анализируют характер платежей:

как часто приходят деньги;

что написано в назначении платежа. Одно дело комментарий «Подарок пупсику», другое «Возврат займа», «Платеж за товар»;

всегда ли владелец карты получал такие переводы или что-то изменилось;

не личная ли это карта директора ООО.

Банк анализирует всё автоматически, а налоговой для анализа сначала нужно запросить выписку. И банк в таком запросе не может отказать. При этом для банка запрос от налоговой — тоже сигнал: со счетом что-то не так.

Для налоговой важнее характер платежей, чем сумма. Сто тысяч рублей с комментарием «подарок» вызывают меньше подозрений, чем три перевода по пять тысяч с пометкой «оплата татуировки».

По дорогим покупкам без подтверждения дохода

Все покупки свыше 600 000 рублей попадают в Финмониторинг и анализируются: в рамках правового они поля или нет. Покупки можно отслеживать по бонусным картам магазинов, например «Баленсиага» или «Шанель», но это сложно. А вот с недвижимостью и автомобилями есть удобный инструмент — государственная регистрация сделок.

Кондитер без ИП накопил на квартиру и покупает ее за наличные. Сделка оформляется у нотариуса, и тот пишет в договоре: «Если деньги получены нелегальным путем, покупатель сам несет ответственность по 115-ФЗ».

Кондитер не может объяснить, откуда у него деньги, и в Росреестре ему отказывают в регистрации сделки с квартирой. Он теряет деньги и недвижимость.

Проверять все дорогие покупки сложно: нет автоматического контроля и единой базы. Человек может оправдаться тем, что деньги на квартиру ему подарил папа или любовник-мексиканец. Но скоро налоговая сможет сказать: «Хорошо, тогда давайте проверим доходы папы». Пока органы собирают данные, но уже через три — пять лет будут определять со 100%-й уверенностью, легальные у человека доходы или нет.

Может случиться так, что кому-то из клиентов не понравится татуировка, и он пожалуется в Роспотребнадзор. Даже если жаловаться он будет на качество эскиза и контуров, а не на отсутствие ИП, Роспотребнадзор при первом же визите обнаружит, что бизнес вы ведете нелегально, и передаст информацию налоговой.

Еще на вас могут пожаловаться конкуренты, завистники и недоброжелатели. Для жалобы не придется никуда звонить, у прокуратуры есть интернет-приемная.

В интернет-приемной на сайте прокуратуры Краснодарского края можно оставить жалобу на незаконных предпринимателей. Наш редактор оставляла через такую форму жалобу на слишком яркую вывеску — сотрудник прокуратуры пришел с проверкой через две недели

Еще покупатели могут позвонить с жалобой в полицию или налоговую.

Во время контрольной закупки

Контрольные закупки у незаконных предпринимателей проводятся так:

создается рабочая группа по выявлению незаконной предпринимательской деятельности в таком-то городе. В группу входят сотрудники налоговой, полиции, прокуратуры. Чаще проверки проходят в регионах, а не в Москве или Московской области;

выбирают направление работы. К примеру, в этом месяце занимаемся клининговыми компаниями или татуировщиками;

участники рабочей группы делают заказ. С татуировками доказательством может быть договоренность о сеансе и цене через переписку в соцсетях или видеозапись передачи денег в студии;

полиция выносит постановление об административном нарушении и выписывает штраф до 2000 рублей;

налоговая получает от полиции сообщение о нарушении — незаконном предпринимательстве;

инспектор налоговой требует у татуировщика сдать декларацию 3-НДФЛ;

татуировщик сдает декларацию и платит налог 13% с прибыли и 20% НДС сам или по решению суда.

Незарегистрированных предпринимателей чаще всего находят в инстаграме: торты, маникюр, шоколад ручной работы. Еще закупки проводят по жалобам: если кто-то пожалуется полиции на торговлю у подъезда, на остановке или рынке, полицейские проведут закупку для проверки информации.

Полицейские проводили контрольную закупку у Ляховой после сообщения о незаконной торговле сигаретами на рынке. Женщина продала им из-под прилавка блок сигарет, и к ней подошли сотрудники ОБЭП. Она не была ИП и торговала незаконно, поэтому у нее изъяли товар — сигареты на 100 000 рублей — и меченые деньги, которыми расплачивались полицейские.

На улице было холодно, и Ляхову пригласили в служебный автомобиль для составления протокола. Во время разговора женщина взяла с панели автомобиля ежедневник, положила в него 15 000 рублей и попросила «не привлекать ее к ответственности». Полицейский предупредил, что сейчас она дает взятку должностному лицу, а это уже уголовное дело. Но женщина не остановилась.

Разговор в машине записывался на видеокамеру, и запись стала одним из доказательств в суде. Но суд учел бедственное положение Ляховой и наличие тяжелобольных родственников. В итоге — штраф 5000 рублей и подписка о невыезде.

Судебные дела о незаконном использовании товарного знака FIFA

Антимонопольная служба тоже проводит закупки, она следит за использованием чужих товарных знаков.

Например, женщина шила дома мягкие игрушки в виде волка Забияки, символа Чемпионата мира по футболу, и продавала их в инстаграме.

Однажды получила заказ, а в момент передачи денег оказалось, что покупатели — сотрудники ФСБ. Ей назначили штраф за незаконное использование товарного знака FIFA — 1,5 млн рублей.

Когда одно ведомство узнает о нарушении, оно сразу передает информацию остальным. Поэтому кроме штрафа за незаконное предпринимательство можно получить штрафы за нарушение санпинов, использование чужого товарного знака и отсутствие маркировки на товарах.

Налоговики, полицейские, сотрудники прокуратуры и Роспотребнадзора тоже покупают торты, ходят на маникюр и бьют татуировки. Невозможно знать наверняка, кто ваш заказчик.

Мужчина два раза подвез женщину, а она оказалась сотрудницей полиции и составила на него протокол: перевозка пассажиров без ИП и лицензии.

Суд не принял доводы мужчины о том, что он не таксовал и не брал плату с пассажирки, а подвез женщину бесплатно и вообще думал, что это жена его знакомого. В итоге мужчина получил штраф за предпринимательскую деятельность без лицензии — 2000 рублей. Судебное дело

Читайте также:  Последствия признания договора недействительным

Если вычислят, придется заплатить штраф

Штрафы за незаконное предпринимательство и работу без лицензии — статья 14.1 административного кодекса

За бизнес без регистрации есть штраф — от 500 до 2000 рублей. Штраф придется заплатить, даже если дохода не было. Например, налоговая может решить, что человек предприниматель, если он закупил оптовую партию товара или разместил рекламу, но доход еще не получил.

Если же доход был, кроме штрафа придется заплатить налог на доход физического лица — 13%, еще могут начислить НДС — 20%. Налоговая рассуждает так: ИП не зарегистрирован, значит, он не подавал заявление о переходе на упрощенку, а раз так — пусть платит НДС, как на общем налоговом режиме.

Раньше, если человек иногда оказывал услуги или сдавал коммерческую недвижимость, об этих доходах он отчитывался через 3-НДФЛ и платил только 13% с дохода физического лица. Сейчас позиция налоговой и судов изменилась: считается, что раз был доход, значит, должен быть оплачен и НДС.

Читать в «Деле»Физлицу пришлось заплатить НДС за сдачу здания в аренду Обычно налоговики в устной беседе говорят: «Декларируйте свой доход». Если вы соглашаетесь и сдаете 3-НДФЛ, налоговая может начислить и НДС. Решите сдавать — сдавайте декларацию за последний год, иначе насчитают НДС за все годы, о которых отчитываетесь.

Вы можете не согласиться сдавать декларацию, и тогда заплатите только штраф — от 500 до 2000 рублей, но всё зависит от доказательств налоговой. Если из доказательств только реклама в соцсетях или фото готовых работ, можете сказать:

все мои работы — это некоммерческое сотрудничество, я за них не получал деньги и не рассчитывал на систематическое получение прибыли;

рекламу только запустил, хочу проверить, каков спрос на такие услуги. Как только получу первую заявку, зарегистрирую ИП.

Но если есть свидетели или налоговая проводила контрольную закупку, налоги будут требовать через суд.

Губернаторов довели. Мигрантов попросили на выход

Вопреки известной поговорке, не только дурной пример заразителен.

Недавняя инициатива Калужской области, где губернатор Владислав Шапша, дабы ограничить волну мигрантов и связанный с ними криминал, ввёл для приезжих ряд ограничений по сферам деятельности и вышел до 2027 года из «программы переселения соотечественников», открывавшей «понаехавшим» путь к покупке гражданства, обрела последователей. Ограничения начали вводиться и в других регионах России.

Мигранты наглеют с каждым днём – это очевидно. Только что в Москве – очередной «подвиг» Равшанов и Джамшудов. Двое мигрантов из Средней Азии, 29 и 40 лет, «приняв на грудь», возжелали женской ласки и, не придумав ничего лучшего, поймали и изнасиловали девушку на Вишняковской улице. И какие, спрашивается, «экономические выгоды» того стоят?!

Надо ли удивляться, если введённые сейчас в Калужской области губернатором жёсткие меры по ограничению миграции будут приняты «на ура» местными жителями? И не только там. Терпение закончилось и у других российских регионов.

В частности, меры по ограничению приёма на работу мигрантов принимают в Югре, где им запретили работать в такси и водителями общественного транспорта, на производстве детского питания, в сфере образования, а также заниматься торговлей алкоголем, табаком и продуктами питания.

Ограничения для мигрантов по трём десяткам направлений деятельности ввёл глава Тюменской области Александр Моор. Оба региона даже ввели штрафы для нарушителей: физическим лицам – до 4000 рублей, должностным лицам – до 50 тысяч, а юридическим лицам – до 1 миллиона.

Челябинский Таджикистан

Аналогичные проблемы имеются едва ли не во всех регионах России. Вот что рассказывает наш коллега из Челябинска Антон Садчиков:

Ещё 15 лет назад в Челябинске мигрантов не было, сегодня увидеть на улице чалму или хиджаб – обычное дело. По остановкам расставили (по «договорённости» с местными чиновниками) свои ларьки.

В своё время на месте, где собирались строить микрорайон с полной инфраструктурой и даже бассейном, «временно» – на 20 лет (!) отдали землю под оптовый рынок.

Рядом понастроили домов и их заселили исключительно мигранты, которые с помощью диаспоры сегодня скупают даже дорогие квартиры в центре города.

При этом адаптироваться гости областной столицы не стремятся ни в малейшей степени. Антон рассказывает, что сейчас ведёт борьбу с заселившим 2 года назад одну из квартир в их доме таджикским семейством – папа, мама и четверо детей. Которые невесть каким (хотя, конечно, понятно каким) способом получили гражданство, практически не владея русским языком, и сейчас от них стонут все соседи.

Часов в 6 утра в дом набивается толпа земляков, и женщины принимаются шумно (как у них принято) обсуждать различные вопросы. Пять раз в день – намаз под ревущий на весь дом магнитофон. На резонный вопрос «Что вы так орёте?» уверенные в безнаказанности таджики нагло отвечают: «А мы ещё больше будем орать!»

Надо ли говорить, что подобных «нехороших квартир» в Челябинске (и не только) имеется немалое число.

Не зря же ещё в 2018 году был арестован и попал в тюрьму начальник отдела миграционного контроля управления по вопросам миграции ГУ МВД по региону Владимир Белоносов, продававший гражданство мигрантам направо и налево, причём за совершенно смешные деньги, очевидно, стремясь получить своё за счёт непрерывного потока. Скалько его «крестников» с купленным гражданством сегодня осело в области –  никому неизвестно.

А тремя годами ранее, в 2015 году, посадили на 5 лет ещё одного из начальников этого ведомства Артура Дамерта, получавшего взятки за ускоренное оформление загранпаспортов и разрешений на работу иностранцам.

А кроме того – подрядившего гендиректора одной из строительных компаний провести строительные работы в коттеджах двух своих родственников на 8 миллионов рублей (тех ещё!), обещав продлить разрешение на работу его гастарбайтерам и сделать разрешение для завоза новых.

Так что, как ни крути, а миграция и коррупция – это всегда причина и следствие.

Почему «не срослось» в Калуге?

Началось всё, если кто не в курсе, с незапланированного визита Владислава Шапши в Миграционный центр Боровского района. Где первый же встреченный им мигрант не говорил по-русски, но с гордостью предъявил купленный за 5000 рублей сертификат на сдачу экзамена по русскому языку.

Это переполнило чашу терпения губернатора, и он своим постановлением запретил мигрантам работать в торговле, пассажирских перевозках, общепите и кадровых агентствах. Тех, кто уже работает, велено уволить в течение трёх месяцев.

Кроме того, в области начата проверка местных правоохранительных органов – ведь у кого-то встреченный им мигрант сертификат всё же купил…

Чисто по-человечески Владислава Шапшу можно понять: что называется, довели! А ведь калужский губернатор изо всех сил пытался быть «толерантным».

Нашествие мигрантов на Калугу (в основном – среднеазиатов, но также с участием приезжих из Закавказья и «внутренних мигрантов» с Северного Кавказа) началось ещё при прежнем губернаторе Анатолии Артамонове.

И традиционно обернулось для области дополнительной нагрузкой на «социалку», демпингом на рынке труда, «мигрантскими» классами в школах и ростом криминала.

Только в декабре было несколько случаев драк с поножовщиной и ранеными, в том числе – в сквере Победы, где у Вечного огня мигранты имеют обыкновение греться и «отдыхать».  Калужане взывали к власти, однако губернатор до последнего демонстративно «не замечал» растущего в области мигрантского беспредела, реагируя в духе кота Леопольда: «Ребята, ну давайте же жить дружно!».

Но, как видно, довести можно и самого «толерантного» губернатора.

Ведь, по сути, встреча с не владеющим языком обладателем заветного сертификата говорила о том, что ситуацию с мигрантами в области власть не контролирует, занимающиеся этой темой госорганы коррумпированы, а нарастающая неприязнь калужан к распоясавшимся приезжим может вот-вот перекинуться на действующую власть. И тогда Владислав Шапша поступил так… как и должен был поступить губернатор, если только главное для него – мнение своих избирателей, а не процветание жиреющего на мигрантском труде бизнеса. Что ж, как говорится, лучше поздно, чем никогда! И «Первый русский» с радостью вносит Владислава Шапшу в список губернаторов, которые, не дожидаясь указаний сверху, сами вводят ограничения для, по сути, замещения нашего населения приезжими.

Разумеется, ограничения для мигрантов не всем понравятся. Снова заговорят об «ущемлении прав» и о якобы невосполнимом ущербе, который отказ от услуг Равшанов и Джамшудов нанесёт экономике. Но, как сказал в эксклюзивном комментарии «Первому русскому» известный экономист Валентин Катасонов:

Да, возможны некоторые провалы поначалу. Ведь болезнь захватывает весь организм, и нельзя лечить его «точечно», купируя симптомы – надо менять всю миграционную политику. Да, увы, и наши люди разучились хорошо работать, даже в сравнении с временами СССР.

Но замещение их мигрантами – это, по сути, часть всё той же западной политики мультикультурализма, от которой сейчас трясёт Европу. Тем более что те мигранты, которые приезжают сегодня, это давно уже не «советские» узбеки и таджики, которых мы помним, а люди принципиально иной культуры.

И от этого могут быть проблемы, которые многократно превысят какие-то локальные экономические выгоды для отдельных видов бизнеса.

Что с того?

Сложно с этим не согласиться. Разумеется, уволенные из одних отраслей мигранты перетекут в другие отрасли, а прижмут их в Калуге – побегут в соседние регионы.

Противоестественная, нацеленная на частные коммерческие интересы в ущерб интересам государственным миграционная политика – это действительно смертельно опасная для страны болезнь.

Купировать симптомы которой на местах – это, конечно, хорошо и правильно. Но вылечить можно только комплексно, на уровне страны. Вот только доживём ли?

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *