Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых

За пять лет я прошел десять турниров по засечному бою, о котором рассказывал в предыдущей своей статье. Сделал я это не ради медалей, хотя два третьих места я все-таки отхватил.

Причина была гораздо прозаичнее: всю жизнь я до ужаса боялся драки, особенно драки с несколькими противниками. И решил, что именно полноконтактные соревнования, где тебя от души лупят трое профессионалов, помогут мне побороть страх.

Мои турниры отгремели, и вот пять важных вещей, которые я понял своей отбитой головой.

Как избавиться от страха

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых

Страх насилия и боли — это естественная реакция человека на опасность, ведь если не бояться физической боли и повреждений, можно засунуть руку в камнедробилку — мол, а чего, прикольно же? Этот страх защищает нас от излишних травм, но он же, если он гипертрофирован (а именно так у меня было с детства) мешает эффективно действовать — не только на улице, но и вообще в жизни.

С самого детства, при обострении ситуации вокруг меня, я ощущал неприятное сжимание сфинктера, как говорят в народе — играло очко. Появлялась слабость в ногах и смятение в душе, а затем ступор — я начинал смотреть на ситуацию как бы со стороны, и ничего не мог предпринять, тупо ожидая, когда это наконец кончится и от меня отстанут.

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых Кто бы рассказал мне-десятилетнему, что я буду биться на турнире против троих — никогда бы не поверил.

Конечно, в своих мыслях я представлял как наваляю обидчикам, или круто и с юмором отвечу на их слова, но, в реальности все снова происходило по старому сценарию.

После десяти турниров, полных боли и легких повреждений — вроде разбитых кулаков, ссадин на лице и шишек на голове — страх никуда не делся. Но исчезли его отрицательные последствия — ничего уже не играет, и нет слабости в ногах.

Теперь я могу волевым усилием преодолев мандраж, бросить себя в бой. Я по прежнему смотрю как бы кино со стороны во время турнира — просто теперь я бегаю, бью и уклоняюсь от ударов и именно контролируемый страх позволяет мне это делать быстрее и сильнее.

Ведь получить по голове до сих пор очень не хочется.

Психика — главное оружие. Принцип «десяти минут»

Во время турниров я столкнулся с таким понятием как «выгорание психики». Причем столкнулся практически лбом. Один из турниров был частью дня боевых искусств в нашем городе. Мы выступали вслед за каратистами, а они затянули соревнования, и поэтому в бой мы пошли на час позже.

Весь этот час я ходил взад-вперед в коридоре, мысленно готовясь к соревнованиям и в итоге настолько устал психически, что сил не было вообще ни на что. То есть странное состояние — физически ты бодр и весел, хоть сейчас в бой, а внутри — щемящая серая пустота и одна только мысль: «Я сейчас выйду, меня ударят, я упаду, и все закончится». Стоит ли говорить, что именно так все и произошло?

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых Кажется, мне сейчас всекут.

После этого я понял, что нужно что-то менять. Я придумал принцип «десяти минут» и применял его на засечке.

Пока наш инструктор Рудияр не командовал переодеваться и разминаться к бою (а это обычно происходило именно за десять-двадцать минут до реальных сходов) я отвлекал себя от мыслей о турнире любым доступным способом — рассказывал друзьям анекдоты, шутил, ржал как конь над их шутками — в общем балагурил как мог, перебивая всякую попытку психики сосредоточится на соревнованиях. Так я, человек обычно довольно молчаливый и осторожный в общении, научился, когда надо, быть болтуном и трепачом-балагуром. А что поделаешь, психика дороже.

Самое же забавное, что через несколько лет после «изобретения» этого принципа, я выяснил, что придумал велосипед — наш известнейший боец Федор Емельяненко, в том числе и за невозмутимость прозванный японцами «Последним Императором», перед выходом на бой — играет в карты и рассказывает анекдоты, балагуря с тренером и своей командой в раздевалке.

Как провести последние десять минут перед боем

Рудияр дает команду, мы переодеваемся и начинаем разминаться. Теперь уже не до анекдотов, страх снова начинает подкрадываться из глубин психики. Именно в этот момент я использую свою «технику пустой головы». Не помню, где я ее взял, скорее всего модифицировал что-то из психологической подготовки на тренировках.

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых Тут я или уклонился, или мне уже всекли.

Когда перчатки надеты, а капа уже лежит в кармане, я начинаю ходить — два шага назад, два шага вперед, сосредотачивая внимание именно на шагах, и иногда на похлопывании себя руками по ляжкам, для большего ритма.

Если не отвлекаясь делать это пару минут — постепенно голова пустеет, и входишь в подобие легкого транса.

Страх никуда не уходит полностью, я не становлюсь храбрецом и героем — но он уже не давит на психику, превращая меня в комок нервов.

В таком режиме можно пробыть как раз десять минут. Дольше —  можно перегореть, так же, как от ожидания. Еще лучше задать про себя какой-нибудь словесный ритм. Стихи или песню, или молитву, если вы религиозны. Этот ритм не даст страху подчинить вашу психику.

Ваш капитан очевидность: соревнования веселее драки

После десяти турниров и пяти уличных драк стоит сказать, что разница между ними огромна. Очевидно, потому что любая драка начиналась с очень неприятных эмоций — неожиданного негатива в мою сторону от очередного персонажа.

И уже после обмена ударами всегда остается адреналиновая волна, которая начинается во время противостояния, и не сходит еще долго после него. Нашим волосатым предкам она помогала долго бежать от саблезубого тигра или за вкусным мамонтом, но я-то не волосатый и не предок, и для меня это дополнительная нагрузка на психику.

И как вишенка на торте, в дополнение к адреналину появляется сожаление — зачем я вообще пошел этой дорогой или связался с этим человеком.

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых Перед соревнованиями.

Другое дело соревнования — ты прекрасно знаешь, что тебя там отпинают. Ты едешь к старым и проверенным товарищам, с четкой целью — получить люлей и закалить психику. Ты приезжаешь, тебя жестко метелят, и после этого начинается самое классное.

Приходит состояние умиротворения и легкости, так как переживания, которыми ты терзался перед соревнованиями, ушли, задачи ты выполнил, опасности избежал и теперь мир изменился — как будто на видео вместо 360 качество стало 1080.

Краски ярче, эмоции — чище, еда вкуснее, а шутки — смешнее. Кажется, за этим же ощущением послевкусия экстремалы лезут в свои горы или ныряют в глубины морей. Мир реально становится немного другим.

Хотя бы на несколько часов после соревнований.

После турнира драку воспринимаешь как что-то не страшное

Этот психологический эффект я заметил еще во времена занятий славяно-горицкой борьбой (об этом я рассказывал в статье про правила зимней драки).

Там мы часто устраивали схвалку-сцеплялку, где довольно качественно метелили друг друга в толпе.

После этого, идя домой и наблюдая вокруг компании сомнительных и неприятных личностей, я не испытывал привычного страха быть избитым — ибо чего бояться, если тебя только что от души метелил десяток друзей.

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых Мне наконец то дали медальку.

Этот же эффект, но гораздо более сильный, появлялся после соревнований. Накал эмоций во время боев и между ними настолько силен, что конфликт на улице становится чем-то неважным, мелким, как комар, пищащий над ухом, и ты познаешь всеобщее, глобальное спокойствие.

И даже во время реальных конфликтов, когда приходится драться на улице, а они были уже после того, как отгремели десять турниров, ты чувствуешь все то же спокойствие.

Просто накатывает волна эмоций, ты лупишь негодяя, и после этого возвращаешься в свое обычное состояние.

Конечно, после трех лет, проведенных без турнирной встряски, эффект слегка подрастерял остроту, но он все равно остался, позволяя мне воспринимать уличный конфликт как что-то неприятное, но при необходимости возможное, то есть можно считать, что мое желание перестать бояться драки, исполнилось.

Уличная драка

Психологическое насилие и его признаки

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых 15.12.2018 5 минут чтения 11266

Оглавление

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых

Насилие бывает физическое и психологическое (эмоциональное). У большинства людей слово «насилие» ассоциируется с применением физической силы.

Мозг тут же выдаёт картины драк, истязаний, применения оружия и луж человеческой крови. Это всё зрительные образы, которые наиболее легко отпечатываются в памяти.

Но есть насилие, которое нельзя «увидеть», и оно часто более коварное и опасное, чем физическое. Речь идёт о психологическом насилии.

  • Что это означает?
  • Каковы признаки психологического насилия?
  • Как можно помочь в таком случае?

И главное – как защитить себя, детей и свою семью от невидимой, но вполне реальной тирании? Обо всём по порядку.

Виды психологического насилия

Психологическое, а также называемое ещё моральным и эмоциональным, насилие – это форма нефизического давления на психику человека, которое приводит к тревоге, депрессии или даже посттравматическому стрессовому расстройству (ПТСР).

Важно понимать, что в большинстве случаев это не разовое притеснение, а постоянный фактор, который формирует определённый климат в отношениях или семье, где один доминирует, а другой — подчиняется. Обычно психологическое и моральное насилие проявляется в виде:

  • обидных замечаний и шуток, которые направлены на унижение достоинства или высмеивают физические особенности;
  • контроля действий (тиран требует отчёт о каждом проделанном шаге, устраивает допросы и ограничивает круг общения для жертвы);
  • навязывания определённых установок мышления и мнений;
  • эмоционального манипулирования (провоцирование определённых эмоций);
  • внушения чувства вины или долга;
  • запугиваний;
  • обесценивания достижений.

Средства психологического террора могут быть разными – от ядовитых шуточек до вполне убедительной демонстрации огорчения (настолько убедительной, что вы невольно чувствуете вину за то, что расстроили его). Тиран может притворяться великодушным и щедрым, что нередко вводит в заблуждение. Но, по сути, это что-то вроде «я тебе дам желаемое, но потом будешь должен».

Результатом систематического давления почти всегда является принятие установок партнёра, ощущение никчёмности, несамостоятельности и т.д. Психологическое и моральное насилие может проявляться в семье, в отношениях с детьми, родственниками, друзьями и коллегами на работе. Существует психологическое насилие женщины и психологическое насилие мужчины.

Методы психологического насилия

Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых

Существует огромное количество методов, по которым действует абьюзер. Их главная черта – проявления эмоционально оскорбительного поведения, а суть сводится к одной цели: войти в доверие жертвы, после чего критиковать и унижать её различными способами. Так в семье, родители ругают детей за единственную четвёрку, друг — обижается на редкие встречи, начальник — каждый раз тычет носом в мельчайшие ошибки в работе, что, несомненно, можно трактовать как психологическое и моральное насилие на работе.

Читайте также:  Родители Дмитрия выпивали, не кормили ребенка

Другим распространённым способом психологического давления и хронической вербальной агрессии является поведение, при котором обидчик хочет, чтобы его партнёр, будь то мужчина или женщина, действовал и думал именно так, как он сам. При этом он стремится полностью контролировать жертву: указывает, какую одежду носить, что делать, с кем дружить, какую работу предпочесть.

Этот тип тирана использует критику, чтобы корректировать поведение партнёра с учётом своих интересов. Да, между людьми иногда возникают конфликты, обиды или моменты критики, и это нормально для социума, но часто под ними замаскировано психологическое издевательство и насилие. И очень важно его вовремя распознать, чтобы успеть оказать психологическую помощь жертвам насилия.

Признаки психологического насилия

Так называемые признаки или «первые ласточки», по которым можно распознать эмоциональное издевательство или насилие, имеют характерные признаки. Они присутствуют в комбинациях или отдельно, но наличие любого из этих признаков свидетельствует о том, что к вам применяют психологическое давление и насилие:

  • Партнёр высмеивает вас или критикует перед другими людьми. Если вы пытаетесь похудеть, он может назвать вас жирной. Если не получилось пройти собеседование на работе, скажет, что это из-за вашей тупости. Любой повод, по которому можно сыграть на вашей неуверенности, будет рано или поздно использован. В результате партнёр добьётся значительного снижения вашей самооценки и навяжет мысль, что вы никому, кроме него не нужны и вам уже не помочь.
  • Ваши идеи, предложения или мнения никогда не принимаются в расчёт. Чистое игнорирование. Со временем вы сами начнёте сомневаться в рациональности своих идей.
  • Вас пытаются полностью контролировать, стыдят или отчитывают за какие-либо поступки, относятся как к ребёнку, несмотря на зрелый возраст.
  • Унижение, оскорбления, обвинения, угрозы – всё это используется с целью вывести вас из равновесия.
  • Партнёр-агрессор не извиняется в ситуациях, когда неправ.
  • Нарушает ваши личные границы.
  • Отрицает своё обидное поведение, даже если сам его осознаёт.
  • Кричит на вас, а потом говорит, что вы сами его спровоцировали.
  • Отказывается обсуждать проблемы в ваших отношениях или в семье.
  • Использует вашу привязанность к нему в качестве инструмента для манипуляций.
  • Может запретить общаться с кем-либо из друзей или членов семьи.

Последствия психологического насилия

Эмоциональное насилие практически незаметно со стороны, оно приводит к психологической «блокировке» и препятствуют дальнейшему установлению здоровых межличностных связей.

Например, семья или супружеская пара, в отношениях которой присутствует данная составляющая, может казаться идеальной ячейкой общества. Милейшие люди, любящие друг друга – примерно такое впечатление производят они на друзей, родственников и соседей.

Если же супруга вдруг начинает жаловаться на психологические притеснения со стороны мужа, тут же натыкается на стену непонимания, а иногда даже осуждения со стороны своего окружения.

Ситуацию усугубляет и сам тиран, используя инструменты газлайтинга и убеждая жертву, что всё прекрасно, «просто тебе вечно что-то не нравится». В итоге она чувствует себя виноватой или соглашается с тем, что именно в ней проблема. Как результат – усиление комплексов, страхов, развитие невроза или других форм психических расстройств, при которых бывает уже сложно чем-то помочь.

Могут появиться суицидальные проявления или желание «заглушить» внутреннюю боль с помощью алкоголя, наркотиков или сильнодействующих медицинских препаратов. В итоге проблемы нарастают как снежный ком и после такого, без вмешательства специалиста в виде опытного психолога, уже трудно вернуться к нормальному состоянию.

Ещё одна опасность подобного обращения в том, что, если жертва не даёт отпор, психологическое давление может перерасти в физическое насилие. И если это произошло хотя бы раз, агрессора уже не остановить. Тут обязательно надо обращаться за квалифицированной помощью.

Психологическое насилие — помощь

Если вы поняли, что являетесь объектом психологического давления и насилия со стороны партнёра, семьи, детей, коллег, родителей или кого-либо из близких — необходимо действовать. При этом обязательно нужно обозначить свои личностные границы и дать отпор с учётом того, какой вариант эмоциональной агрессии был применён.

Защита от психологического насилия

Вот несколько советов психологов, которые помогут защититься:

  1. Скажите «нет» любителю командовать. Обдумайте, что будет, если вы не выполните приказ агрессора. Если к возможным последствиям вы готовы, спокойно, но твёрдо скажите: «Я не буду подчиняться твоим командам». Если после этого атака «командира» продолжается, просто игнорируйте последующие указания.

  2. Овладейте методом психологического «айкидо» и используйте при вербальной агрессии. Суть данного метода состоит в сглаживании конфликта с помощью согласия с любыми утверждениями тирана, даже абсурдными.

    Поймите, что цель криков и оскорблений – вывести вас из равновесия, заставить нервничать, смутиться, расстроиться и т.д.

    Но если в ответ среагировать совершенно неожиданно, например, пошутить, агрессор войдёт в замешательство или значительно ослабит свою позицию.

  3. Не поддавайтесь на манипуляции игнорирования. Не нужно стараться разговорить или задобрить человека, который «включил игнор». Без лишних эмоций дайте понять ему, что таким поведением он ничего не добьётся.

  4. Не позволяйте нарушать личностные границы, не поддавайтесь на манипуляции с играми в чувство долга или вины, которые вам пытаются навязать. Помните, что вы сами определяете, за что несёте ответственность, а за что – нет. Прямо сообщите агрессору об этом.

  5. Будьте начеку при угрозах, запугиваниях и шантаже. Если вы уверены, что это пустая болтовня, можете ответить, чтобы агрессор незамедлительно воплотил свою угрозу.

    Но если существует реальная угроза вашей жизни, здоровью или благополучию, будьте осторожны, обойдитесь без острых реакций.

    Постарайтесь записать угрозы на диктофон или видеокамеру, чтобы при необходимости обратиться в правоохранительные органы.

  6. Постарайтесь честно ответить на вопрос самому себе: готовы ли вы терпеть регулярные оскорбления, унижения и прочие издевательства от агрессора только потому, что он является вашим мужем, начальником или родителем? Возможно, лучше вообще не общаться с этим человеком?

Если вы чувствуете, что самостоятельно не можете себе помочь справиться с нападками агрессора – воспользуйтесь помощью онлайн-психолога на Helppoint.

Прежде всего, специалист объективно определит: являются ли определённые действия психологическим или другим насилием. Если да, то поможет противостоять агрессору с учётом конкретной жизненной ситуации.

Максимально простая регистрация, гарантированная конфиденциальность, компетентные психологи, удобные форматы онлайн-общения – всё это к вашим услугам на Helppoint.

Начните работу с психологом прямо сейчас

Начать консультацию

Особенности психологической реабилитации детей, переживших насилие

21.12.2020 Принуждение к драке: преследуется ли по закону принуждение ребенка к драке со стороны взрослых

© depositphotos.com

Насилие над детьми со стороны взрослых – глобальная проблема, которая требует пристального внимания. По данным ВОЗ, последствиями жестокого обращения могут быть пожизненные нарушения физического и психического здоровья.

 Реабилитация детей, переживших насилие, требует особого подхода, рассказала сотрудникам АНО «ЦИСМ» клинический психолог, психотерапевт, старший преподаватель факультета психологии ИОН РАНХиГС Анна Зуфман.

– Какие особенности существуют в поведении детей, переживших насилие?

– Каких-то однозначных маркеров практически не существует, но есть ряд признаков и особенностей, присутствие которых должно насторожить: повышенная тревожность ребёнка, наличие многочисленных страхов, задержки умственного и эмоционального развития, нарушения речи (например, заикание), пугливость или, наоборот, вызывающее, конфронтирующее поведение (агрессивность, воровство, лживость). Самыми характерными признаками можно считать симптомы нарушения привязанности: недоверие по отношению к взрослым, невозможность установить тёплые отношения или, наоборот, заметная «прилипчивость», демонстративная покорность. Иногда такие дети не делают различий между «своими» и «чужими» взрослыми, ведут себя одинаково с собственными родителями и с незнакомыми педагогами или социальными работниками. Правильно диагностировать такие признаки может специалист – психолог, психотерапевт или педагог.

Часто последствия пережитого насилия проявляются в играх детей или историях, которые они рассказывают: игрушечные «герои» или персонажи сказок могут говорить о пережитом опыте гораздо красноречивее самого ребёнка. Сами дети часто стыдятся опыта насилия, пытаются скрыть повреждения (синяки, ссадины) или лгут окружающим о причинах их возникновения.

Часто ребёнок, получивший травму в результате несчастного случая или во время игры, с удовольствием многократно рассказывает подробности (таким образом он помогает сам себе справиться со стрессом), гордится шрамами, описывает обстоятельства, при которых он их получил.

Ребёнок-жертва насилия склонен скрывать свои повреждения, он чаще отказывается говорить о том, как он их получил, или рассказывает туманные неубедительные истории.

Однако сама идея того, что по каким-то отдельным признакам мы можем установить, подвергался ли ребёнок насилию, кажется мне небезопасной: с одной стороны, наличие всех перечисленных признаков может быть связано с какими-то другими проблемами в семье или детском коллективе, но главное – отсутствие этих признаков ещё не является гарантией того, что с ребёнком всё в порядке. Тут как с депрессией: иногда по поведению или внешнему виду невозможно заподозрить, что происходит что-то плохое.

– Какие существуют виды и особенности психологического насилия?

– Традиционно к психологическому насилию относят различные виды эмоционального давления, запугивание, принуждение, манипуляции, шантаж, нарушение или игнорирование границ человека, сексуализацию, систематические унижения.

Единой классификации не существует, и некоторые специалисты трактуют это понятие слишком широко, включая в эту категорию любые проявления гнева или принуждение ребёнка к чему-либо. Это не совсем корректно.

Чтобы определить, является ли то или иное действие насилием по отношению к ребёнку со стороны взрослого, важно понимать, что отношения между ребёнком и родителем изначально неравные, у родителя больше власти и больше ответственности.

Именно родитель отвечает за безопасность или благополучие ребёнка, и, если он использует этот дисбаланс власти в своих интересах или злоупотребляет беспомощным положением ребёнка, мы можем считать его действия насилием.

– Как насилие влияет на личностное развитие ребёнка?

– Часто систематическое насилие (психологическое, физическое, сексуальное) вызывает нарушения темпов развития (задержку развития или неравномерное, «парциальное» развитие: в каких-то сферах ребёнок явно опережает сверстников, а в каких-то отстаёт от возрастных норм).

Иногда нарушение развития проявляется в когнитивной сфере: ребёнок может демонстрировать задержку интеллекта или внезапный регресс.

Когда уже усвоенные им навыки утрачиваются, он возвращается к каким-то более ранним формам поведения, могут появиться нарушения внимания, способности к сосредоточению и усвоению информации, у совсем маленьких детей может нарушиться или пропасть речь.

Но гораздо чаще мы видим нарушения со стороны эмоционального и личностного развития.

Читайте также:  Кредитный договор под залог недвижимости

У детей, подвергавшихся насилию, могут быть симптомы нарушений привязанности, проблемы с установлением адекватных взаимоотношений с другими людьми, склонность к агрессии или нарушение контроля эмоций, импульсивность, склонность к девиантному поведению.

По данным эмпирических исследований, именно пережитое в детстве насилие может стать причиной развития пограничного расстройства личности. Кроме того, некоторые исследователи связывают с опытом насилия в детстве склонность к зависимостям и злоупотреблению психоактивными веществами у взрослых.

– Есть ли шанс полностью восстановить психику ребёнка после пережитой травмы?

– Шанс есть, но в целом эффективность работы с таким ребёнком зависит от множества факторов: длительность и систематичность насильственных действий по отношению к ребёнку, наличие или отсутствие тёплых поддерживающих отношений со взрослыми (потому что присутствие насилия в семье не всегда означает отсутствие тёплых отношений, часто эти феномены сочетаются друг с другом), то, в каком возрасте случилась травма, индивидуальные особенности каждого ребёнка. И даже при учёте всех этих факторов вывести однозначную «формулу» успеха невозможно, потому что все мы разные. Одинаковые по интенсивности действия могут вызвать разную реакцию не только у разных людей, но и у одного и того же ребёнка в зависимости от того, на каком этапе развития он находится, какие возрастные изменения переживает в данный момент.

Так или иначе, чем раньше случится терапевтическое или психокоррекционное вмешательство, тем больше шансов избежать долгосрочных последствий.

Чаще всего полностью «отыграть» ситуацию и сделать так, словно этого опыта у ребёнка не было, невозможно, и какие-то отдельные личностные особенности и единичные нарушения останутся, как останутся сложности с доверием и тревожность.

Но в этом случае задача специалиста – помочь ребёнку адаптироваться к жизни с этими особенностями, скомпенсировать их, чтобы они не мешали ему развиваться дальше.

– Как правильно работать с детьми, пережившими насилие со стороны взрослых (физическое или психологическое)?

– Я думаю, невозможно работать с детьми, пережившими насилие, не установив перед этим доверительные отношения между психологом и ребёнком. Иногда на это уходит больше времени и сил, чем на саму коррекционную работу. Важно создать для ребёнка атмосферу безопасности и взаимного уважения, научить его этому, создать пространство, в котором существуют стабильность и нерушимые границы.

А какими методами и в каком подходе при этом будет работать психолог, уже не так важно: это могут быть и психодинамическая психотерапия, и протоколы когнитивно-поведенческой терапии, и недирективная игровая психотерапия.

Кроме того, для эффективного восстановления важно прекратить систематическое насилие над ребёнком: если, допустим, родители водят ребёнка к психологу, но дома продолжают его бить или унижать, работа специалиста может оказаться бесполезной.

Применение мер физического или психологического воздействия к обучающимся недопустимо

Посетители блога в своих х нередко затрагивают вопросы, связанные с мерами физического или психологического воздействия, применяемые педагогами к обучающимися, а также интересуются, какие действия учителя относятся к ним, как поступить родителям в случаях, когда учитель прибегает к таким мерам воздействия на учеников.

Ответы на поставленные вопросы можно найти в многочисленных научных работах, нормативных правовых документах и материалах, посвященных проблемам насилия.
В них насилие по отношению к детям определяется как любой вид жестокого обращения с детьми, нарушающий физическое и (или) психическое здоровье ребенка, мешающее его полноценному развитию.

В словаре С.И.Ожегова насилие истолковано как «принуждение, давление, нажим, применение физической силы; принудительное воздействие на кого-либо; притеснение, беззаконие».

Наиболее распространенные формы школьного насилия — физическое и психологическое (эмоциональное) насилие.

Они могут наблюдаться как в отношениях обучающихся друг к другу, так и со стороны педагогов и других работников школы по отношению к обучающимся.

Что такое физическое насилие

Физическое насилие по отношению к ребенку трактуется как преднамеренное или неосторожное нанесение ребенку родителями или их законных представителями, педагогами или другими какими-либо лицами физических травм, различных телесных повреждений, которые причиняют ущерб здоровью ребенка, нарушают его развитие или лишают жизни.
Физическое насилие включает также вовлечение ребенка в употребление наркотиков, алкоголя, дачу ему отравляющих веществ или медицинских препаратов, вызывающих одурманивание (например, снотворных, не прописанных врачом), а также попытки удушения или утопления ребенка.
Физическое насилие распознается не только по внешнему виду ребенка, но и по его психическому состоянию.
Специалисты выделяют следующие основные признаки физического насилия:
• повреждения кожных покровов (раны, ожоги, кровоподтёки, ссадины);
• кровоподтёки в форме отпечатка какого-либо предмета (вешалки, палки, пряжки ремня);
• циркулярные кровоподтёки на теле или конечностях (возникают при сдавливании пальцами);
• укусы, сигаретные ожоги;
• травмы губ и ротовой полости;
• тупая травма живота (внутрибрюшные гематомы, ушибы и разрывы печени, поджелудочной железы, селезёнки);
• переломы и черепно-мозговые травмы.

Для того, чтобы диагностировать физическое насилие необходимо обратиться в медицинское учреждение.

Что такое психологическое (эмоциональное) насилие

Психологическое (эмоциональное) насилие  определяется как периодическое длительное или постоянное психическое воздействие родителей или их законных представителей, педагогов или других каких-либо лиц на ребенка, приводящее к формированию у него патологических свойств характера или же тормозящее развитие личности.

Факты психологического насилия в образовательных организациях, как правило, выражаются:
• в угрозах в адрес обучающегося;
• в преднамеренной изоляции школьника;
• в предъявлении к обучающемуся чрезмерных требований, не соответствующих возрасту;
• в оскорблении и унижении достоинства;
• в систематической необоснованной, некорректной критике ребенка, выводящей его из душевного равновесия;
• в демонстративном негативном отношении к обучающемуся;
• а также в виде крика, сарказма, сердитого выражения лица, насмешек, высмеивания.
Если физическое насилие фиксируется четко, то для фиксации психологического воздействия требуется внимательно разобраться в обстоятельствах. Определить границы дозволенного бывает трудно, даже если ребёнок сообщит об этом. Жалобу могут проигнорировать, а действия учителя — оправдать. Кроме того, некоторые родители не находят ничего дурного в том, что учитель повысит голос на ребёнка, покритикует его.
К сожалению, некоторые педагоги и родители считают, что больший вред наносится ребенку в случае физического насилия, нежели словесного.

Однако, научные исследования показали, что психологическое насилие приводит к функциональным изменениям в здоровье ребенка, отчуждению его от школы, порождает у него агрессию, чувство неадекватности и неполноценности, вызывает стресс, подобный эффекту травмы от физического насилия. Поэтому родителю так важно во время вставать на защиту ребенка.

Об ответственности
Согласно Федеральному закону от 29.12.

2012 года №273-ФЗ «Об образовании в РФ» обучающиеся имеют право на уважение человеческого достоинства, защиту от всех форм физического и психического насилия, оскорбления личности, охрану жизни и здоровья, а педагогические работники обязаны соблюдать правовые, нравственные и этические нормы, следовать требованиям профессиональной этики; уважать честь и достоинство обучающихся и других участников образовательных отношений.

За нарушение или незаконное ограничение права на образование и предусмотренных законодательством об образовании прав и свобод обучающихся, родителей (законных представителей) несовершеннолетних обучающихся, нарушение требований к организации и осуществлению образовательной деятельности образовательная организация и ее должностные лица несут административную ответственность в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях. Если будет доказана  вина педагога,  то в зависимости  от тяжести допущенного нарушения он может быть привлечен к дисциплинарной или уголовной ответственности.

Что делать?
Специалисты советуют, если родитель подозревает, что с ребенком что-то не так, прежде всего, нужно постараться поговорить с ним, выяснить, в чем проблема. Не рекомендуется давать советы, как справиться с ситуацией. А такой совет как «не обращать внимания», лишает ребенка необходимой поддержки.

Первый шаг, который должен сделать родитель, это встретиться с педагогом. К нему нужно идти подготовленным, знать все о случившемся, вплоть до конкретных дат. Надо спокойно изложить свою позицию. Не следует конфликтовать с педагогом. Лучшее решение проблемы — взаимное сотрудничество.

Если разговор проблему не решил, то согласно Федеральному закону об образовании №273-ФЗ в целях защиты прав несовершеннолетних обучающихся их родители (законные представители) самостоятельно или через своих представителей вправе:
— обратиться к директору школы с заявлением о применении к ее работникам, нарушающим и (или) ущемляющим права обучающихся, дисциплинарных взысканий. Такие обращения подлежат обязательному рассмотрению привлечением обучающихся, родителей (законных представителей) несовершеннолетних обучающихся и ответу в письменном виде;
— обратиться в комиссию по урегулированию споров между участниками образовательных отношений, решение которой является обязательным для всех участников образовательных отношений в организации и подлежит исполнению в сроки, предусмотренные указанным решением;
— использовать не запрещенные законодательством Российской Федерации иные способы защиты прав и законных интересов детей.
Если уж никакие способы не работают, ребенка целесообразно перевести в другую образовательную организацию.

Если ребенок чувствует страх, тревогу, у него пониженное настроение и нет желания ходить в школу, есть психосоматические нарушения, то лучше всего обратиться к психотерапевту для получения квалифицированной психотерапевтической помощи, поднятии самооценки и приобретении навыков самоэффективности.

Также по теме в блоге:
«Родители и учитель: союзники, противники, партнеры?»
«Как защитить права ребенка, если они нарушаются школой»
«Школьные конфликты можно урегулировать посредством школьной медиации»
«Моббинг, буллинг, хейзинг — чем они опасны для школьников»
«Ситуацию насилия в школе можно предупредить»
«Конфликт учитель – ученик — родитель ученика. Что делать родителю?»
«Решаем школьные конфликты в комиссии по урегулированию споров» между участниками образовательных отношений»

Сайт использует файлы Cookie. Ознакомьтесь с Политикой конфиденциальности, что бы узнать подробности.

Если Вы не хотите, что бы файлы Cookie были использованы отключите их в своём веб-браузере.

Данный блог выражает личное, субъективное мнение автора (ст. 29 конституции РФ) на вопросы образования, создан исключительно в ознакомительных целях, не несёт в себе призывов к каким-либо действиям и не позиционируется как истина в последней инстанции. Подробнее О Блоге

Психологическая помощь детям, пострадавшим от насилия в семье. Создание первого контакта

Социально-психологическая помощь детям, пострадавшим от различных видов семейного насилия, включает работу с травматическим опытом ребенка, оценку семейных факторов риска, решение вопросов безопасности и конфиденциальности, координирование действий между различными специалистами и службами, призванными помочь ребенку и/или его семье. При оказании помощи важно опираться на следующие принципы.

Фокусировка на травме:

  • Помощь ребенку должна фокусироваться на пережитой травме. Отложить проработку травмы на более отдаленный срок — это один из самых неэффективных вариантов реабилитации. Травма не пройдет сама по себе.
  • Опыт каждого ребенка уникален, несмотря на травму, которую он пережил. Только сам ребенок может сказать или обнаружить, каково значение этого опыта для него самого.
Читайте также:  Возмещение ущерба при мошенничестве

Оценка уровня факторов риска:

  • Необходимо определить уровень дисфункции семьи и доступность или недоступность для ребенка защиты со стороны ненасильственного взрослого.
  • Характер помощи должен быть сфокусирован на снижении риска насилия со стороны членов семьи и на тех личностных особенностях ребенка, которые делают его особенно уязвимым.
  • Дисфункциональная семья может снижать эффективность терапевтической помощи ребенку.

Отношения ребенка с обидчиком:

  • Ребенку необходимо знать, что все чувства, которые он испытывает по отношению к взрослому, проявлявшему насилие, приемлемы для специалиста.
  • Если внимание ребенка фиксируется только на одном из чувств, важно постепенно направлять ребенка к другим возможным эмоциональным реакциям.

Основная цель помощи ребенку, пострадавшему от насилия в семье, заключается в уменьшении и преодолении последствий травматических переживаний. Известно, что сама травма никогда не является единственной составляющей постстрессового расстройства. Ее доля составляет примерно 50 %, остальные 50 % определяются жизнью ребенка после травмы и, прежде всего, эффективностью оказываемой ему помощи.

При организации первой встречи специалиста с пострадавшим ребенком необходимо следовать некоторым ключевым рекомендациям:

1. Установите контакт с ребенком.

На первом этапе консультирования пострадавших детей чрезвычайно важно для психолога установить контакт с ребенком, причем акцент необходимо сделать на искренне заботливом и поддерживающем отношении к нему. При взаимодействии с ребенком нужно помнить, что уровень его доверия к взрослым может быть очень низким, эмоциональное состояние – угнетенным, поведенческие реакции – носить защитный характер [1].

Помещение, в котором психолог встречается с ребенком, должно быть удобным, оно не должно восприниматься как официальное. Важно, чтобы при контакте с ребенком в комнату не входили посторонние, не звонил телефон.

Желательность или нежелательность присутствия родителей зависит от того, является ли этот родитель поддерживающим для ребенка и насколько ребенок ему доверяет.

В целом присутствие родителей не желательно, так как они могут влиять на реакции ребенка.

Дети, пережившие насилие, имеют, как правило, достаточно низкую мотивацию на встречу и работу со специалистом, так как это влечет за собой возврат в травматическую ситуацию.

Поэтому для установления контакта с ребенком и для возникновения у него ощущения доверия и безопасности важно грамотно построить начало разговора – познакомиться, немного рассказать о себе и о том, в чем заключается ваша работа как специалиста.

Можно предложить ребенку свободно передвигаться по комнате, рассмотреть оборудование или игрушки. При установлении контакта рекомендуется задавать вопросы, большей частью открытые, на нейтральные темы, не связанные с травматической ситуацией:

  • Как тебя зовут?
  • Сколько тебе лет?
  • Ходишь ли ты в школу или в детский сад?
  • Что тебе там нравится или не нравится?
  • Есть ли у тебя друзья?
  • Чем ты любишь заниматься?
  • Расскажи о своей семье?
  • Что делает тебя счастливым? От чего ты грустишь?

Чем меньше возраст ребенка, тем менее эффективна будет чисто вопросно-ответная форма беседы. Детям дошкольного и младшего школьного возраста для снижения напряжения можно предложить “нарисовать, что захочешь”, задать вопросы по рисунку или по тесту М. Люшера.

2. Сфокусируйтесь на теме насилия.

Если достигнута безопасная атмосфера и ребенок знает, по какому поводу его привели, необходимо постепенно переходить к вопросам, связанным с перенесенным насилием: “Расскажи, пожалуйста, что с тобой произошло?”. При планировании беседы важно учитывать степень готовности ребенка к такому разговору.

Бывает, что во время первой беседы ребенок не чувствует себя готовым говорить о насилии, особенно это касается случаев сексуального злоупотребления, когда пострадавшему очень трудно раскрыть свой “секрет”.

Если специалисту известно о факте насилия, то во время 2/3 встречи можно сказать ребенку, что бывают хорошие секреты (например, заранее приготовленный подарок) и секреты плохие (обида, о которой можно рассказать тому взрослому, которому доверяешь, чтобы он смог тебе помочь) [2].

К основным мотивам отказа детей от разговора о случаях насилия относят следующие: недоверие к взрослым, ожидание новых неприятностей с их стороны, чувство стыда, опасение, что окружающие станут хуже к ним относиться, боязнь или Привязанность к обидчику, опасение огорчить родителей и т. д.

Когда ребенок или подросток сообщает о факте насилия, важно контролировать собственные эмоции. Рассказ ребенка о трагическом событии может вызвать гамму наших собственных чувств (от шока и отрицания до гнева и отвращения), это тяжелое испытание.

Профессиональное владение ситуацией требует от специалиста внешнего спокойствия и готовности к продолжению диалога. Оставайтесь спокойными и открытыми разговору, не переносите свои эмоции на ребенка. Помните, что ребенок может быть привязан к обидчику и испытывает противоположные чувства.

Ему важно ощущать, что все чувства, которые у него есть по отношению к обидчику, приемлемы для психолога.

Когда ребенок сообщает о факте насилия, особенно сексуального, неэффективно и даже вредно:

  • спрашивать, не спровоцировал ли он чем-либо действия обидчика;
  • задавать вопросы, усиливающие чувство вины;
  • спрашивать, почему ребенок не оказал достаточного сопротивления или не звал на помощь;
  • говорить о том, что бы вы сделали в подобной ситуации;
  • давать советы и навязывать собственные решения;
  • говорить “успокойся, не переживай…”, то есть отрицать чувства ребенка;
  • быть холодным и отстраненным, не проявлять эмпатии;
  • говорить “я тебя понимаю…”;
  • слишком глубоко эмоционально включаться в ситуацию, что затрудняет или делает невозможным оказание помощи.

Важно собрать ту информацию о насилии, которая имеет отношение к оценке психологического состояния ребенка и выработке стратегий помощи (вид насилия, его тяжесть и длительность, характер взаимоотношений ребенка и обидчика, чувства ребенка и пр.).

3. Учитывайте уровень личностного развития ребенка.

Говорите понятным для ребенка языком, отвечайте на его вопросы честно и просто. При построении консультативной работы с детьми младшего возраста:

  • используйте короткие вопросы и предложения, не превышающие 5 слов;
  • избегайте специальных терминов, вопросов с двойным отрицанием, абстрактных понятий;
  • используйте те же слова для названия интимных частей тела, какие использовал и ребенок;
  • старайтесь реже использовать местоимения (он, они), употребляйте имена собственные;
  • перефразируйте вопрос, если ребенок его не понимает:
  • после полученного ответа постарайтесь обобщить, что сказал ребенок, таким образом, вы побуждаете его к лучшему пониманию себя и ситуации.

4. Используйте приемы активного слушания.

Важно активно слушать, используя все приемы активного слушания (см. Приложение 1), а не добиваться подробностей и не проводить расследование, так как это в компетенции правоохранительных органов.

Неприемлемо оказывать на ребенка давление, заставлять демонстрировать травмы, ушибы. Уважайте право ребенка говорить столько, сколько он считает нужным. Специалисту важно выяснить, если речь не идет о спец.

экспертизе, не столько то, что именно сказал ребенок или сделал, а то, что он чувствовал.

5. Осторожно применяйте физический контакт.

Физический контакт с ребенком — дотрагивание до коленки, плеча, объятия, могут напоминать ему о перенесенной травме. Известно, что дружеское прикосновение может быть формой поддержки и заботы, но ребенок, в особенности перенесший сексуальную травму, неадекватно реагирует на физический контакт, цепенея и как бы прислушиваясь к собственным ощущениям.

6. Окажите ребенку поддержку.

Поддержите ребенка, сообщите ему, что требуется мужество и смелость, чтобы говорить о своих переживаниях, и вы цените то, что он вам доверился. Важно поддерживать представление ребенка о его личностной ценности, а также помочь преодолеть чувство изоляции и обособленности.

У детей, переживших опыт насилия, в особенности сексуального, возникает чувство непохожести на своих сверстников, с которыми таких вещей “никогда не происходило”. Скажите ребенку, что он не один оказался в такой ситуации, что такое случается, к сожалению, и с другими детьми.

7. Оцените степень безопасности ребенка:

  • убедитесь, что ребенок понимает, как опасно вмешиваться в насильственные отношения и драки взрослых;
  • выясните, есть ли рядом с ребенком взрослые, которым он доверяет, и которые не допустят повторения насильственных действий;
  • есть ли безопасное место, куда может отправиться ребенок;
  • есть ли у вас как у специалиста возможность контакта с ненасильственным взрослым, помогающим ребенку.

8. Объясните ребенку дальнейшее развитие событий.

Консультируя ребенка, пострадавшего от насилия, важно не давать обещаний, в которых специалист не уверен: “Твоя мама обязательно поможет тебе”, “Того, кто тебя обидел, обязательно накажут”.

Мы также не имеем права давать ребенку обещание полной конфиденциальности и считать его согласие или несогласие определяющим при планировании дальнейших действий.

Ребенка нельзя заставлять брать на себя ответственность за возможность выхода из ситуации насилия.

Завершая беседу с ребенком, информируйте его о том, как могут развиваться дальнейшие события, например: “Я собираюсь поговорить с твоей мамой о том, что произошло, чтобы найти пути, как можно тебя защитить”.

Следует отметить, что данная схема имеет относительный характер: в процессе интервью консультант должен следовать за ребенком и поддерживать темы, к разговору на которые ребенок готов.

Важно придерживаться тактики “мягкого ведения”, максимально заботясь о безопасности ребенка.

Первичный контакт с ребенком, построенный на мягком взаимодействии с ним, должен помочь специалисту ответить на следующие вопросы [3]:

  • Какие психотравмирующие события пережил ребенок?
  • На каком уровне возрастного и личностного развития находится ребенок, и каковы его ресурсы?
  • Какие отрицательные психологические симптомы присущи поведению ребенка и насколько они опасны в дальнейшем?
  • Какого типа терапия целесообразна в данном конкретном случае?
  • Есть ли у членов семьи мотивация и ресурсы к участию в процессе реабилитации?
  • Как подключить контактную сеть (детский сад, школу, родственников и др.) для участия в реабилитационной работе?
  • В случае сексуального насилия круг необходимой информации должен быть расширен:
  • В каком возрасте и когда имело место сексуальное насилие?
  • Кто осуществлял сексуальное насилие и кто, возможно, знал о нем?
  • Характер злоупотребления: например, степень принуждения и применения силы, чувства, которые испытывал ребенок?
  • Какое объяснение произошедшего дал ребенок самому себе, на кого он возлагает ответственность и вину?
  • Самое главное, в ходе первой встречи важно донести до ребенка, что насилие над детьми не является нормой. Важно дать понять следующее:
  • Я тебе верю;
  • Я сожалею, что с тобой это случилось
  • В этом нет твоей вины;
  • Хорошо, что ты об этом рассказал.
  • Приложение.
  • Список литературы.
  1. Зиновьева, Н.О., Михайлова, Н.Ф. Психология и психотерапия насилия. Ребенок в кризисной ситуации. – СПб., 2003. – с. 98.
  2. Сафронова, Т.Я., Цымбал, Е.И. Жестокое обращение с детьми. – М., 2001.
  3. Журавлева, Т.М. Помощь детям – жертвам насилия. – 2006. – c. 46.

3.04.2015

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *