Судья вынесла определение, а в нем несуразица

Судья вынесла определение,  а в нем несуразица

27.01.2021

Курьёзный случай произошёл 26 января, когда телеграмм-канал «ВЧК-ОГПУ» обратил внимание на определение Арбитражного суда Москвы. Для неких целей было необходимо скопировать текст одного из решений и… вскрылась маленькая тайна.

Оказалось, что документ содержит так называемую «пасхалку» в виде текста, написанного белым цветом. Нужно отметить, что текст имел достаточно эротический характер.

Итак, что же было написано в документе АС Москвы

В самом низу документа при копировании проявлялись всего два слова: «пис**у сос**е».

К слову, документ, посвящённый процедуре банкротства ООО «Урбан Групп», оказался не единственным, в котором можно было обнаружить тайные письмена. 

Всего в картотеке арбитражного суда Москвы можно было обнаружить целых шесть решений с посланием, однако на момент публикации данной статьи пожелание судьи уже было удалено из документов, в связи с чем они встали в один ряд с обычными судебными решениями. К счастью, в нашем распоряжении оказался не отредактированный судебными инстанциямидокумент, в котором всё ещё можно обнаружить интересную находку, если скопировать всё, что выделено жирным шрифтом в конце документа, и  вставить в текстовый редактор. 

Ознакомиться с документом можно по ссылке.

Основной сложностью станет удаление текста из решения АС Москвы, т. к. судебные документы подписываются электронной подписью. С формальной точки зрения после публикации решений фраза стала вступившим в закон положением.

Неизвестно, что послужило причиной для добавления незримой фразы в текст решения, но в одном мы уверены точно: ни судья Игнатова, ни её помощник, ни судейское сообщество не скоро забудут о данном инциденте.

О том, подвергнут ли судью АС Москвы Игнатову и её помощника дисциплинарному наказанию, остаётся только гадать.

Похожая ситуация

Кстати, это не первый случай, когда в решениях обнаруживаются нецензурные выражения. Так, судью Канского городского суда Сергея Берегового наказали предупреждением за добавленные в мотивировочную часть нецензурные выражения. Они и стали причиной отмены решения и дальнейшего возникновения волокиты.

Ненормативная лексика изначально была размещена в доказательной части приговора, т. к. являлась частью фоноскопической экспертизы, однако судья, судя по всему из-за неосторожности, скопировал блок с интересным содержимым из обвинительного заключения. В краевом суде такой поступок сочли нарушением, умаляющим авторитет судебной власти и порочащим звание судьи.

Квалифколлегия заинтересовалась, оглашался ли приговор публично. Судья же ответил, что бранную лексику в приговоре не заметил. По итогу Начальник местного управления Судебного департамента при ВС РФ Николай Стариченко заявил, что судья, который самостоятельно не пишет приговор, не заслуживает звания судьи.

Спас Берегового его безупречная карьера и внушительный послужной список. Благодаря этому Сергей Береговой отделался предупреждением.

  • Читайте далее:
  • Уголовное преследование: кто на повестке для у ВККС?
  • Конституционный Суд проверил Кодекс административного судопроизводства на конституционность
  • Верховный Суд пресёк попытку наказать председателя за ошибки подчинённых

5 советов непрофессиональному участнику судебного заседания по гражданскому делу

Судья вынесла определение,  а в нем несуразица

  • Максим Астапов
  • Адвокат (Адвокатская палата г. Москвы)
  • специально для ГАРАНТ.РУ

Многим из нас приходится обращаться в суд. Иногда это случается, когда просить судебной защиты приходится по своей инициативе. Иногда суды вызывают граждан в качестве ответчиков или иных лиц, участвующих в деле. И тогда возникает множество вопросов: как себя вести в суде? Что можно и чего нельзя делать в судебном заседании по гражданскому делу? Как добиться того, чтобы суд рассмотрел заявление или ходатайство? Как обращаться к судье? В этой колонке поделюсь несколькими советами, которые, надеюсь, помогут непрофессиональному участнику понять, что его ждет и как вести себя в судебном заседании по гражданскому делу.

Прежде всего, отмечу, что при разрешении конкретного спора суд принимает решение на основе законов, нормативных актов, регулирующих соответствующие отношения.

Например, в споре по поводу выселения лица из квартиры применяется Жилищный кодекс РФ, в споре о том, кто виновен в аварии, – ПДД, при споре о праве собственности на объект недвижимости – ГК РФ и другие законы.

Кроме законов, регулирующих непосредственно спорные отношения, суды в своей деятельности руководствуются процессуальным законодательством, то есть применяют те процессуальные законы, которые регулируют правила рассмотрения соответствующих споров в соответствии с видом судопроизводства (ч. 2 ст. 118 Конституции РФ).

Для рассмотрения гражданских дел таким процессуальным законом является ГПК РФ. Поэтому изучить основные положения этого кодекса и периодически обращаться к нему будет нелишним.

Перейдем теперь к практическим рекомендациям. 

Совет № 1. Ведите аудиозапись судебного заседания

Всем лицам, участвующим в деле, и гражданам, присутствующим в открытом судебном заседании, предоставлено право в письменной форме, а также с помощью средств аудиозаписи фиксировать ход судебного разбирательства. Фотосъемка, видеозапись и трансляция судебного заседания по радио и телевидению допускаются с разрешения суда (п. 7 ст. 10 ГПК РФ).

ПОЛЕЗНЫЕ СЕРВИСЫ

Чтобы всегда иметь под рукой актуальную редакцию ГПК РФ и других кодексов, установите на свой смартфон приложение «ГАРАНТ. Все кодексы РФ». 

По этой причине участвующему в деле лицу (истцу, ответчику, третьему лицу) можно производить аудиозапись, не спрашивая об этом разрешения у суда в открытом судебном заседании (бывают и закрытые, об этом суд должен объявить в начале заседания). Данный вид записи хода судебного заседания не является обязательным для судебного разбирательства, однако демонстративно лежащий на столе одного из участвующих в деле лиц диктофон «дисциплинирует» всех участников процесса.

Для убедительности можно в начале судебного заседания заявить об аудиофиксации судебного заседания. Но главное назначение такой записи – дальнейшая помощь для подготовки к следующему судебному заседанию в том случае, если текущее будет отложено. А если придется приносить замечания на протокол судебного заседания, можно будет сверить его с аудиозаписью (ст. 231 ГПК РФ). 

Совет № 2. Встать, Суд идет! Соблюдайте порядок в судебном заседании

Непосредственно порядку в судебном заседании, той процедуре, что описывает, как должны вести себя участники судебного заседания, посвящена ст. 158 ГПК РФ, которая так и называется: «Порядок в судебном заседании».

Не буду останавливаться подробно, поскольку из содержания самой статьи правила поведения в зале судебного заседания будут понятны и неподготовленному читателю, а заострю внимание лишь на некоторых правилах, которые могут иметь серьезные последствия для участников процесса.

Во-первых, свидетель несет уголовную ответственность за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний (ст. 307-308 УК РФ), о чем перед допросом у свидетеля должна быть отобрана подписка. Но при этом свидетель вправе отказаться от дачи показаний по ст.

51 Конституции РФ («Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом»).

Истец и ответчик о такой ответственности не предупреждаются, поскольку предполагается, что давать объяснения – это право истца или ответчика, а не обязанность, и это их позиция по делу (что можно трактовать как невозможность привлечения к уголовной ответственности за это).

Во-вторых, уголовным законом предусмотрена ответственность в том случае, если участник дела (в том числе истец или ответчик) фальсифицировал доказательства (ст. 303 УК РФ).

Закон также предусматривает основания для привлечения к уголовной ответственности за неуважение к суду. Неуважением к суду признаются действия, выразившиеся в оскорблении участников судебного разбирательства (ч. 1 ст. 297 УК РФ), или такие же действия в отношении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия (ч. 2 ст. 297 УК РФ). 

Совет № 3. Заявляйте отводы правильно

Расхожим является мнение о том, что если лицу, участвующему в деле, не нравится судья, председательствующий в судебном заседании, то такому судье можно заявить отвод и судья будет заменен. Это не так. ГПК РФ содержит исчерпывающий перечень оснований для отвода судьи. Таковыми признаются следующие обстоятельства (ст. 16 ГПК РФ):

  • при предыдущем рассмотрении данного дела судья участвовал в нем в качестве прокурора, секретаря судебного заседания, представителя, свидетеля, эксперта, специалиста, переводчика;
  • судья является родственником или свойственником кого-либо из лиц, участвующих в деле, либо их представителей;
  • судья лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела либо имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнение в его объективности и беспристрастности.

Однако заявление об отводе судьи, рассматривающего дело единолично, рассматривает тот же судья, отвод которому заявлен.

На практике это приводит к тому, и это подтвердит любой практикующий юрист, что заявления об отводе практически никогда не удовлетворяются судьями.

Вместе с тем, если участник уверен, что основания для отвода судьи или иного участника процесса имеются, заявлять об отводе следует.

Отказ в отводе судьи обжалованию не подлежит, однако свое несогласие с решением судьи об отказе в отводе можно изложить в апелляционной жалобе на окончательный судебный акт по делу.

Жалобу на действия судьи можно также направить на имя председателя суда, который должен ее рассмотреть (ст. 22 Федерального закона от 14 марта 2002 г.

№ 30-ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации».

По аналогичным основаниям и в таком же порядке, как и отвод судье, отводятся прокурор, секретарь судебного заседания, эксперт, специалист и переводчик.

Заявление об отводе следует составлять письменно. А если об основаниях для отвода стало известно в ходе судебного заседания, заявлять об отводе следует устно и немедленно после того, как выявились такие основания.

В случае, если дело будет разрешено без рассмотрения вопроса об отводе лица, которое подлежало отводу, или же судьи, без выяснения вопроса об основаниях и необходимости отвода, решение суда с большой вероятностью будет незаконным.

В тех же случаях, когда, по мнению лица, участвующего в деле, суд нарушает права участника, но основания для отвода судьи не усматриваются, можно заявить о возражениях на действия председательствующего.

Если такие действия председательствующего в судебном заседании судьи происходят непосредственно в ходе рассмотрения дела, возражения заявляются устно. Возражения в таком случае заносятся в протокол судебного заседания (ч.

2 ст. 156 ГПК РФ). 

Совет № 4. Следите за протоколом судебного заседания

Протокол судебного заседания – важный процессуальный документ, отражающий ход судебного процесса и самые важные его моменты. Его содержание и правила составления регламентированы ст. 229-230 ГПК РФ.

Следует знать, что протокол обязательно ведется в судебном заседании и в предварительном судебном заседании (ст. 228 ГПК РФ). Но на стадии подготовки к делу, а это обычно обозначается как беседа, протокол судебного заседания суд может не вести.

По этой причине свидетели в стадии подготовки не допрашиваются, и свои навыки красноречия показывать суду в этой стадии не следует, поскольку отражено в деле это не будет.

Лучше свою позицию в беседе с судьей изложить устно и коротко, а в судебном заседании, в том числе в предварительном, – полно и медленно, замечая, успевает ли секретарь судебного заседания записывать в протокол за говорящим. Объяснения можно также составить в письменном виде и попросить приобщить их к материалам дела.

О том, какое заседание проводится непосредственно в данный момент, судья должен объявить перед началом заседания. Если же судья этого не сделал, то для того, чтобы результат заседания не стал для его участников сюрпризом, следует просить суд разъяснить, какой именно вид заседания проводится.

Как правило, протокол не содержит дословного содержания судебного заседания.

Вместе с тем, у лица, участвующего в деле, есть право в течение пяти дней с даты его составления (а составлен он должен быть не позднее трех дней с даты судебного заседания) ознакомиться с протоколом и принести на него возражения относительно его неполноты и/или неточности (ч. 3 ст. 230, ст. 231 ГПК РФ).

Читайте также:  Возмещение ущерба за порчу техники в результате перепадов электроэнергии

Следует знать, что во всех случаях, когда для совершения какого-либо действия согласно ГПК РФ срок установлен в днях, срок этот исчисляется в календарных днях.

Таким образом, если суд оформил и подписал протокол в пятницу, срок для принесения замечаний на него начинает исчисляться в календарных днях, начиная с субботы, и оканчивается он через пять дней, то есть в среду следующей недели включительно. Есть лишь одно исключение, касающееся выходных, – в случае, если последний день процессуального срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается следующий за ним рабочий день (ч. 2 ст. 108 ГПК РФ).

Для того чтобы иметь возможность ознакомиться с протоколом, необходимо сразу после окончания судебного заседания выяснить дату, когда протокол будет изготовлен. Далее о его готовности можно узнавать у секретаря судебного заседания, помощника судьи или непосредственно у судьи.

В том же случае, если протокол по каким-либо причинам в установленные сроки (три дня от даты заседания) изготовлен не был, следует написать заявление на имя судьи, указав о том, что на дату обращения протокол по-прежнему не готов.

Заявление нужно подать в канцелярию суда в двух экземплярах, таким образом, чтобы на руках оставался один экземпляр с отметкой о регистрации.

Такое заявление в дальнейшем поможет объяснить уважительность причины принесения замечаний на протокол, если сроки для этого формально будут пропущены.

Непосредственно ознакомиться с протоколом можно путем его изучения в самом деле, можно просить изготовить и выдать на руки его копию, заверенную судом. Можно ограничиться его фотокопированием. Безусловно, всегда лучше иметь на руках удостоверенную судом копию протокола судебного заседания.

Для сличения полноты и правильности протокола и поможет аудиозапись судебного заседания на личном диктофоне или телефоне. Конечно, следует позаботиться о качестве аудиозаписи, независимо от того, записан ход судебного заседания на диктофон или на телефон.

В том случае, если содержание протокола расходится с фактическим ходом судебного заседания, зафиксированным на аудионосителе, или в случае неполноты протокола, свои замечания на протокол, направляемые на имя судьи через канцелярию, можно снабдить компакт-диском с записью судебного заседания, которая производилась на диктофон. В заявлении следует указать наличие компакт-диска в качестве приложения. По правде говоря, судьи не любят приобщать такие доказательства к материалам дела, однако, несмотря на это, сам факт такой попытки может сыграть решающую роль при возникновении спора о содержании протокола.

Следует учесть, что судьи вышестоящей инстанции будут делать выводы о том, как проходило судебное заседание, что обсуждалось и какие заявления делались, изучая, в том числе протокол и замечания на него, если они принесены.

На практике с принесением возражений на протокол существуют некоторые сложности, пути разрешения которых стоит здесь рассмотреть.

Как указано выше, протокол судебного заседания должен быть составлен и подписан судом в течение трех дней после судебного заседания (ч. 3 ст. 230 ГПК РФ). Нередко срок этот судом не соблюдается в силу его загруженности.

Как часто бывает, протокол может быть составлен через пять, 10 дней или даже месяц после даты судебного заседания, а в самом протоколе может быть указано, что составлен он в день судебного заседания.

Получая на руки протокол, например, через месяц, заинтересованное лицо, таким образом, утрачивает возможность принести на него возражения, ввиду формального пропуска срока.

В таких случаях нужно, во-первых, каждый свой визит в суд для целей ознакомления с протоколом, когда протокол оказался не готов, фиксировать письменными обращениями в адрес судьи. Как обращаться с таким заявлением я указывал выше.

Во-вторых, принося замечания на протокол, обязательно снабдить их ходатайством о восстановлении сроков для принесения таких замечаний, объясняя уважительность пропуска установленного срока для их принесения.

При отсутствии такой просьбы о восстановлении срока судья, не рассматривая возражения, возвращает их заявителю, не оставляя в деле.

Судья, рассмотрев замечания на протокол, либо их удостоверит и оставит в деле, либо отклонит при несогласии с ними. В последнем случае он вынесет мотивированное определение об их полном или частичном отклонении. Замечания приобщаются к делу во всяком случае (ч. 1 ст. 232 ГПК РФ).

Замечания на протокол должны быть рассмотрены в течение пяти дней со дня их подачи (ч. 2 ст. 232 ГПК РФ). 

Совет № 5. Заявления и ходатайства оформляйте письменно

Заявления – обращение к суду с просьбой что-либо сделать.

Ходатайство (ударение на второй слог) – также обращение к суду с просьбой что-либо сделать, но негласно между ними есть различия. Заявленное ходатайство подразумевает, что суд, рассмотрев его, должен принять одно из решений: удовлетворить ходатайство или нет.

Заявления, как правило, такого реагирования суда не требуют, и служат для целей отражения каких-либо фактов или требования от суда или лиц, участвующих в деле, совершения действий, разрешения на которые не требуется.

Например, перед началом судебного заседания можно сделать заявление о том, что участник намерен вести аудиозапись судебного заседания (как мы помним, разрешения судьи на такое действие не требуется, если проходит открытое судебное заседание).

Рассмотрим ситуацию с ходатайством о приобщении доказательства к материалам дела.

Проще всего представить доказательства в суд в том случае, когда они приложены к исковому заявлению. В таком случае суд не рассматривает вопрос о приобщении доказательств к материалам дела, а принимает их вместе с иском.

В тех же случаях, когда доказательства приобщаются к материалам дела (именно так мы называем процесс попадания того или иного доказательства в дело) уже после возбуждения дела, это делается с позволения судьи и с учетом мнения других лиц, участвующих в деле, и только в судебном заседании.

Для того чтобы приобщить какое-либо доказательство в дело, например, письменное доказательство в судебном заседании, нужно заявить соответствующее ходатайство.

Выглядит это, примерно, так: «Уважаемый суд, прошу приобщить к материалам дела письменное доказательство, доказывающее вот это и вот это…».

Судья, рассмотрев представленное письменное доказательство, ходатайство либо удовлетворяет и приобщает доказательство к делу, либо ходатайство отклоняет и возвращает доказательство заявителю ходатайства.

Здесь есть одна хитрость. В том случае, если ходатайство о приобщении доказательства заявлено устно и судья, отклонив его, вернет письменный документ заявителю, никто из вышестоящего суда в случае дальнейшей проверки дела может и не узнать о том, что такой документ просили приобщить к делу.

Но вот если ходатайство оформлено письменно и к нему приложено доказательство, о приобщении которого просит заявитель, в таком случае, отклоняя ходатайство о приобщении и даже вернув письменное доказательство, судья должен приобщить письменное ходатайство в дело. И на приобщении письменного ходатайства (даже отклоненного) следует настоять.

У вышестоящего суда будет возможность увидеть, что лицо соответствующее доказательство просило приобщить.

Суд огласил одно решение, а написал другое. Что сказал ВАС? — новости Право.ру

Представьте, какое недоумение способна вызвать такая ситуация! После рассмотрения дела стороны услышали одно решение и уже успели с ним смириться,  пока ждали письменную версию решения, а когда получили ее, увидели, что там написано не совсем то же, что было оглашено сразу после судебного заседания. Как быть в такой ситуации? То, что это неправильно, понятно. Можно ли идти в суд в поисках справедливости и, если да, с чем туда идти?

ВАС дал почти утвердительный ответ (почему почти, станет понятно дальше) на эти вопросы, рассмотрев жалобу московского ЗАО «Био-клин». Оно спорило в суде с ОАО «Чистая Москва», и устный вердикт суда отличался от письменного, полученного позже. 

Как утверждают юристы, опрошенные Право.Ru, к сожалению, подобные ситуации — не такая уж и редкость. Поэтому решение ВАС, по сути, определяло подход к урегулированию споров, вызванных такими различиями в оглашенном и письменном решениях судов.

А вообще, этому делу как-то не везло. Оно долго ходило по инстанциям, и поставить точку все не удавалось. До ФАС МО оно доходило два раза. В первый раз федеральный арбитражный суд Московского округа вернул дело на новое рассмотрение.

И через некоторое время дело вновь оказалось в этой инстанции. Именно после того, как ФАС МО второй раз рассмотрел дело, и произошел казус: устно было оглашено одно решение, а письменно несколько иное.

После этого ЗАО «Био-клин» и обратилось с жалобой в ВАС.

Скажем сразу, Президум ВАС не рассматривал спор по сути. Высшая арбитражная инстанция сосредоточилась на процессуальной стороне дела: на расхождениях объявленной части с резолютивной частью мотивировочного решения. Однако, для полноты картины необходимо знать, о чем был сам спор. Мы выяснили это.

То, что ВАС не рассматривал, но знать интересно: одна сторона требовала от другой почти 30 миллионов рублей

Такова сумма, оплаченная ЗАО «Био-Клин» за обязательство построить автомоечный комплекс с предварительной разработкой проектной документации. За это, согласно договору, ОАО «Чистая Москва» перечислило «Био-Клину» 29,4 млн рублей.

Позже «Чистая Москва» потребовала вернуть ей деньги, так как, по ее заверениям, «Био-клин» не выполнил свои обязательства по договору, и перечисленные деньги можно квалифицировать как неосновательное обогащение.

 Но «Био-Клин» отказался это сделать, упирая на то, что определенные работы он уже провел. Так дело оказалось в Арбитражном суде г. Москвы. 

Исследовав материалы дела, АСГМ признал обоснованными затраты «Био-Клина» и взыскал с него в пользу «Чистой Москвы» всего 740 тысяч рублей. В остальной части иска отказал.

Решение АСГМ поддержала апелляция — 9ААС. Однако ФАС МО судебные акты отменил в части отказа во взыскании основной суммы и передал дело на новое рассмотрение в АСГМ.

 Дело снова начало свой путь по инстанциям, образно говоря, пошло на второй круг.

Когда дело снова оказалось в ФАС МО, кассационная инстанция во второй раз вынесла то же самое решение. Но тут-то и случилось недоразумение: постановление, объявленное ФАС МО, отличалось от написанного позже.

Что, собственно, исследовал ВАС

Председатель ВАС РФ Антон Иванов, предваряя выступления истца и ответчика, подчеркнул, что материальной стороны дела касаться не следует. Судьи рассмотрят только процессуальную сторону вопроса.

С жалобой в ВАС обратилось ЗАО «Био-клин», так как решение ФАС МО ничего хорошего подрядчику не обещало — суд мог обязать «Био-клин» выплатить «Чистой Москве» всю сумму — 29,4 млн рублей.

На что именно жаловался «Био-клин», в чем состояло расхождение в устном и письменном постановлении ФАС МО? Как следует из материалов дела, суд огласил, что судебные акты нижестоящих  инстанций отменяются и направляются на новое рассмотрение. В целом. В письменном же постановлении ФАС МО говорилось о том, что судебные акты отменяются лишь в части отказа во взыскании 24 502 011 рублей 11 копеек неосновательного обогащения в пользу «Чистой Москвы».

Указывая на такое расхождение, «Био-клин» просил ВАС признать незаконным постановление ФАС МО. Делу присвоен номер А40-23169/09-13-167. Докладывала дело судья ВАС РФ Наталья Харчикова.

Представитель ЗАО «Био-клин» сказал: согласно нормам АПК с момента объявления резолютивной части в судебном заседании, суд не вправе изменять изложенное в ней. Она в полном объеме должна соответствовать изготовленной версии решения. Изменение позиции суда при вынесении окончательного решения — это результат крайне небрежного и даже вопиющего отношения к делу.

Видимо, желая получить доказательства того, что объявлено было одно решение, а в полном письменном варианте оказалось другое, зампредседателя ВАС РФ Татьяна Андреева спросила, велась ли какая-либо техническая запись при рассмотрении дела. «Возможно, и велась, однако к материалам служебной проверки, которая проводилась в ФАС МО, мы доступа не имеем» — ответил заявитель.

По сути, единственным подтверждением того, что в оглашенном и письменном вердикте суда было различие, стало письмо председателя ФАС МО Адамовой В.Б. от 27 мая 2010 года, адресованное ЗАО «Био-клин».

Читайте также:  Судебные приставы: наткнулся в Интернете на объявление о продаже оригинальных iPhone 4s

В нем председатель суда сообщает о проведенной служебной проверке, которая подтвердила: объявленное 10 марта 2010 года в судебном заседании резолютивная часть постановления не соответствует резолютивной части  мотивировочного постановления, подготовленного 17 марта 2010 года.

Спор был рассмотрен достаточно быстро. Президиум ВАС решил судебные акты по делу полностью отменить, в том числе отменить последнее принятое кассацией постановление и направить дело в ФАС МО на новое разбирательство. Тем самым Высший арбитражный суд признал такое несоответствие процессуальным нарушением.

Так или иначе (не по собственному постановлению, так по воле ВАС РФ) ФАС МО рассмотрит дело в третий раз.

Комментарий юриста: доказать несоответствие оглашенного приговора письменному очень сложно

В практике юристов случаются подобные ситуации, как правило, в региональных судах. Однако доказать, что состав суда допустил подобные нарушения, даже при наличии аудиозаписи, сделанной стороной процесса на диктофон, было крайне сложно, считает управляющий партнер АБ «Корельский и партнеры» Андрей Корельский.

В данном случае, сработала своеобразная «служба собственной безопасности» ФАС МО, когда на данное дело обратила внимание уже после его рассмотрения сама председатель суда.

Но обычно судейское сообщество предпочитает не выносить подобные нарушения на публичное обсуждение.

Кроме того, до последнего времени многим судам просто были недоступны технические возможности по стенографированию каждого заседания на аудио и видеоносители. Впервые с успехом это было сделано на высоком техническом уровне как раз в ФАС МО несколько лет назад.

Это позволяет в настоящее время прослушать любое проходящее в суде заседание уже после его завершения, даже через несколько месяцев, поскольку материалы какое-то время хранятся на архивных копиях.

Хочется верить, что это просто невнимательность суда кассационной инстанции, а не заведомо неправосудный умысел. В противном случае необходимо провести служебное расследование, а квалификационная коллегия судей — принять соответствующее решение в отношении состава суда, допустившего столь грубое процессуальное нарушение, считает Корельский.

Сам ВАС застраховал себя от подобных нарушений благодаря видеотрансляциям 

Но ВАС на данный момент идет на риск и придерживается курса открытости судебных заседаний в полном объеме вплоть до их видеотрансляции. В этом случае видны особенности всех разбирательств, поведение участников арбитражного процесса, приводимые ими доводы. Возможно, это позволит пресечь подобные процессуальные нарушения.

Виктория Цыганкова, обозреватель Право.Ru 

Пять причин страшных ошибок судей. Почему вы никогда не докажете свои убытки?

Семь лет своей жизни я провел в судебной системе, работал в аппарате Высшего арбитражного суда, не понаслышке знаю судейский корпус и вправе рассуждать о причинах судебных ошибок, которые допускают в арбитражных судах при рассмотрении гражданских споров. Для себя я выделяю пять ключевых причин появления судебных ошибок, которые потом обсуждаются в вышестоящих инстанциях.

Первая: к сожалению, правила арбитражно-процессуального кодекса требуют, чтобы суд огласил резолютивную часть судебного акта сразу после окончания слушаний. То есть стороны выступили, суд удаляется в совещательную комнату, потом выходит и провозглашает резолютивку.

После этого суд должен в течение некоторого времени — которое установлено кодексом — написать полный текст судебного акта. Раньше я довольно часто слышал от коллег-судей, что дел у них очень много, а времени мало.

За день, например, нужно рассмотреть 15 больших сложных споров. 

Я успеваю полистать дело, у меня сложилось какое-то первое впечатление о нем, потом послушал стороны, удалился в совещательную сторону, вынес решение, огласил, — говорили судьи. — Начал отписывать решение, погрузился подробнее в детали, изучил документы… Черт! Я неправильно решил дело! Провозгласил неверное решение! Надо было отказывать в иске, а я его удовлетворил. 

Можно ли упрекать судью в такой ошибке? Я думаю, нет. Это общий порок того, как устроено рассмотрение гражданских споров в России. Дел слишком много, судей мало, нагрузка на них чересчур большая.

Кроме того, к огромному сожалению, процессуальные кодексы устанавливают краткие и неоправданные сроки для рассмотрения дел, в течение которых суд должен вынести решение. Это вообще стилистическая особенность именно российского гражданского процесса — устанавливать сроки для рассмотрения дел.

А ведь хорошее правосудие не может быть быстрым. И уж тем более хорошее правосудие не может быть поставлено в жесткие рамки процессуальных сроков для рассмотрения дел.

То есть первую проблему можно эффективно решить, отказавшись от принципа обязательности оглашения судебного акта незамедлительно после окончания слушаний. Судье нужно дать время подумать, почитать, походить, возможно, пообсуждать с коллегами те правовые вопросы, над которыми он рассуждает. 

Вторая причина ошибок связана с тем, что многие судьи, которые рассматривают гражданские дела, не всегда осознают отличия стандартов доказывания, которые есть в гражданском процессе и в уголовном. Так, уголовный процесс основан на стандарте доказывания «Вне всяких разумных сомнений». То есть не должно остаться никаких сомнений в том, что подсудимый виновен.

В гражданском процессе стандарт доказывания совсем другой — «Баланс вероятности». То есть скорее был факт, чем его скорее не было. Скорее да, чем скорее нет. Скорее директор действительно подписал этот договор, чем скорее не подписывал. Скорее товар был передан, чем не был.

Мы видим огромную проблему в том, что судьи, которые разбирают гражданские дела, допускают смешение стандартов доказывания. И в первую очередь — в делах о взыскании убытков.

Наша судебная практика на протяжении полутора десятков лет пришла к тому, что стандарт доказывания в делах о взыскании убытков был, по сути, задран до того же стандарта, что используется в уголовных делах. Итог очень простой: истец никогда не может доказать убытки.

И получается, что самый главный иск в арбитражном суде, иск кредитора о возмещении причиненных ему убытков, — практически проигрышная история. 

Если посмотреть судебную статистику по спорам о взыскании убытков, особенно на их удовлетворяемость, она смехотворна! Такого не может быть в нормальном развитом правопорядке. 

Третья причина судебных ошибок — это относительно невысокая культура написания судебных текстов. Как устроено решение по гражданскому делу сегодня в России: это, как правило, сплошной текст. В лучшем случае мы увидим разделение на абзацы, но никаких частей типа «позиция истца», «позиция ответчика», «позиция суда».

Если мы возьмем, например, акты вышестоящих судебных инстанций, то тоже не увидим деления на блоки: позиция нижестоящего суда; причины, по которым вышестоящий суд не согласился с нижестоящим. Суды просто вываливают на нас сплошной текст на 10-15-20-30 страниц, в котором нет элементарной культуры письменной речи — разделения на смысловые блоки!

А когда ты пишешь такой текст, то ошибиться намного легче. Проще пропустить какие-то аргументы, которые были выдвинуты стороной, замолчать их. И наоборот: если в тексте вы указываете: «У истца было пять аргументов», и дальше, как судья, анализируете: «Первый не подходит потому-то, второй отклоняется по такой причине», то вероятность ошибки намного меньше.

Мы до сих пор не научились писать судебные акты правильно и красиво, и это, в том числе, порождает то, что судьи невнимательно относятся к аргументам сторон, просто иногда замалчивают их, и поэтому допускают ошибки. 

Четвертая причина тоже связана с культурой письменной речи, а именно, с культурой написания судебных актов.

К огромному сожалению, суды боятся открытых рассуждений. Очень редко когда судья имеет смелость написать: «Свидетель такой-то сказал то-то, но я ему не доверяю, потому что он нервничал, у него бегали глаза. Поэтому те показания, что он дал, скорее всего, недостоверны». Наши судьи не пишут судебные акты от первого лица — я.

Такая деперсонализация, деидентификация судебных актов просто приводит к тому, что судья отстраняется от результата своего творчества, своего детища, и не так тщательно относится к тому, как этот акт будет выглядеть, как будут воспринимать его читатели.

Давайте возьмем средний акт по гражданскому делу! Что это такое? Это изложение обстоятельств дела, дальше вы увидите 10-15 абзацев, где будут просто процитированы нормы Гражданского кодекса.

Например, «в соответствии со статьей 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом».

Как будто мы не знаем, что написано в статье 309 ГК! Зачем это писать? Какой смысл в простом цитировании нормативных актов? 

И мы видим пулеметную очередь из абзацев-цитат законов и дальше: «На основании изложенного суд решил». А где логика? Где рассуждение? Как мы поймем, что суд действительно вывел из неких законоположений какое-то умозаключение? 

Есть исключения из этого правила, конечно. Но, к сожалению, подавляющее большинство текстов, которые сегодня выносят суды по гражданским спорам, на мой взгляд, не очень убедительны. 

И последняя причина ошибок, которые могу допускать судьи, кроется в принципе рекрутинга судейского корпуса.

Не секрет, что основной источник пополнения штата судей в арбитражных судах — это помощники, бывшие секретари судебных заседаний. И, по большому счету, карьера судьи такова: секретарь — помощник — судья.

При рекрутинге судей очень опасливо относятся к юристам, которые пришли извне, не работавшим в судебной системе.

Мне, например, неизвестны случаи, когда судьями арбитражных судов становились люди, имеющие за плечами практический опыт работы юрисконсультами или адвокатами.

Я не хочу сказать, что помощники судей как судьи хуже, чем бывшие адвокаты. Я хочу просто подчеркнуть: когда карьерная лестница, по которой человек пришел к должности судьи и надел мантию, не содержит в себе опыта практической юриспруденции, такому судье при рассмотрении коммерческих споров будет сложно. Ведь он не знает коммерческой жизни. 

При том что в спорах, которые рассматриваются в арбитражных судах, распространены сложнейшие дела, связанные с банкротством, с привлечением к субсидиарной ответственности лиц, которые довели компанию до несостоятельности.

С оспариванием сделок, с привлечением к ответственности директоров, которые действуют во вред интересам компаний. На мой взгляд, крайне тяжело разрешать такие споры правильно, если у тебя нет практического бэкграунда.

 

Если ты не знаешь бизнес-жизнь изнутри, ее изнанку, не имеешь представления, принято ли в бизнесе делать то, что делал директор, можно ли совершать такие сделки в тех условиях, в каких находился он, как ты можешь выносить суждение о том, действительно ли глава компании действовал против ее интересов?! 

Поэтому, к огромному сожалению, ошибки в делах, связанных с непременным наличием бизнес-опыта у того, кто рассматривает спор, завязаны на технологию формирования судейского корпуса. А она сегодня является в России доминирующей.

Источник: «Деловой квартал»

Кассация вынесла частное определение нижестоящим судьям за грубое нарушение закона при рассмотрении дела

16 апреля на сайте Второго кассационного суда общей юрисдикции опубликовано сообщение о вынесении частного определения в адрес судей первой и второй инстанций за нарушения закона при рассмотрении гражданского спора.

Как следует из материалов дела № 02-0175/2019, Марина Инютина предъявила судебный иск к ФСИН России по оспариванию отказа ведомства в ее постановке на учет для получения единовременной социальной выплаты на приобретение/строительство жилья. В связи с этим гражданка просила суд обязать ответчика поставить ее и семью Инютиных на учет для получения такой выплаты.

Гражданский спор рассматривался судьей Замоскворецкого районного суда г. Москвы Марией Патык, которая в своем решении от 20 февраля 2019 г. удовлетворила иск частично.

Тогда судья признала незаконным решение ведомственной комиссии об отказе в постановке истицы на учет для получения единовременной соцвыплаты и обязала ФСИН России повторно рассмотреть ее заявление, в удовлетворении остальных требований было отказано.

16 июля Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе из трех судей – Натальи Вьюговой, Марины Сальниковой, Юлии Бобровой – оставила в силе решение первой инстанции.

Читайте также:  Оплата коммунальных платежей за непроживающего

Далее ФСИН России обжаловала судебные акты в кассационную инстанцию. После ознакомления с делом Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции выявила наличие существенных нарушений норм процессуального права, допущенных нижестоящими судами.

В своем определении от 3 марта кассация указала, что протокол судебного заседания Замоскворецкого районного суда г. Москвы не содержит подписи судьи и секретаря судебного заседания в нарушение ст.

228 и 230 ГПК РФ, в материалах дела также отсутствует аудиопротокол.

Тогда же Судебная коллегия вынесла частное определение в отношении судей судов первой и второй инстанций за нарушения закона при рассмотрении гражданского дела.

В нем со ссылкой на ч. 1 ст. 195 ГК РФ указано, что решение суда должно быть законным и обоснованным. При этом судебное решение является законным, если оно принято при точном соблюдении норм материального и процессуального права или основано на необходимом применении аналогии закона или права (п.

2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 19 декабря 2003 г.). «Однако решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 20 февраля 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 16 июля 2019 г.

приведенным требованиям не соответствуют, вынесены с грубыми нарушениями норм процессуального законодательства Несмотря на наличие установленных гражданским процессуальным законом безусловных оснований к отмене решения суда, апелляционным определением судебной коллегии от 16 июля 2019 г.

решение от 20 февраля 2019 г. оставлено без изменения», – отмечено в документе.

Таким образом, как подчеркнуто в частном определении, апелляция не выполнила возложенных на нее задач в плане перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК. В связи с этим судьям Марии Патык, Наталье Вьюговой, Марине Сальниковой, Юлии Бобровой указано на допущенное ими грубое нарушение закона и недопустимость таких нарушений впредь.

По мнению адвоката АБ «ЮГ» Сергея Радченко, в рассматриваемом деле произошла уникально редкая ситуация, когда ни первая инстанция, ни апелляция не заметили в деле неподписанного протокола.

«ГПК РФ требует, чтобы судья, а также соответствующий сотрудник его аппарата, который ведет протокол (помощник или секретарь), подписали протокол судебного заседания.

Если они это не сделали, то этот факт является безусловным основанием для отмены решения суда независимо от того, верно ли оно по существу», – пояснил он.

По словам эксперта, подписание протокола – это стандартная техническая процедура, которую подавляющее большинство судей делает «на автомате», отписывая дело перед сдачей в архив или перед отправкой в вышестоящий суд.

«Если судья Замоскворецкого суда этого не сделал, то это означает, что у него, говоря мягко, из рук вон плохо поставлено судебное делопроизводство.

Каждый апелляционный суд, рассматривая любую апелляционную жалобу по гражданскому делу, всегда, независимо от доводов жалобы, проверяет, есть ли в деле поводы для отмены решения по процессуальным основаниям, одним из которых является наличие в деле неподписанного протокола. Однако Мосгорсуд этого не заметил, что доказывает вопиюще халатное отношение судей этого суда к выполнению своих процессуальных обязанностей», – отметил Сергей Радченко.

Адвокат добавил, что, увидев все эти процессуальные «безобразия», Второй кассационный суд обоснованно вынес частное определение в адрес невнимательных судей.

«Надеюсь, это будет началом положительной тенденции по воспитанию новыми кассационными судами нижестоящих судов, так как раньше подобного рода частные определения за грубое нарушение норм процесса в адрес нижестоящих судей выносил только Верховный Суд», – подытожил Сергей Радченко.

Управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай отметил, что частное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции не вызывает ни малейших сомнений в его законности и справедливости, поскольку отсутствие подписанного протокола судебного заседания является грубым процессуальным нарушением и так называемым безусловным основанием для отмены судебного акта.

«Разумеется, судья первой инстанции в идеале не должен допускать таких ошибок, а апелляционная инстанция уж тем более не должна была пропустить или проигнорировать такое нарушение.

Однако частное определение – это экстраординарное средство реагирования суда на выявленные в ходе судебного разбирательства нарушения законности отдельными должностными лицами или гражданами и существенные недостатки в работе государственных органов (должностных лиц), учреждений, организаций, их объединений, общественных организаций», – отметил он.

По его мнению, в соответствии с доктриной права и сложившейся практикой такая реакция возможна и целесообразна только при систематическом (и как минимум неоднократном) грубом нарушении законности.

«Если суд, их обнаруживающий, уже просто не может реагировать в форме ординарной процессуальной отмены, а вопиет и требует к устранению системного нарушения закона по принципу “не могу молчать”.

Однако этого в данном случае, по крайней мере исходя из содержания частного определения и известной мне практики деятельности Мосгорсуда, не происходило», – отметил Юлий Тай.

По словам эксперта, суды всех стран мира периодически допускают ошибки в силу человеческого фактора и выносят незаконные акты, которые потом отменяют вышестоящие инстанции (многие, кстати, так и остаются действующими, поскольку они не были обжалованы).

«Это вовсе не означает, что каждая такая отмена, и даже по безусловным основаниям, должна сопровождаться вынесением частного определения.

В юридической литературе в качестве оснований для вынесения частных определений вышестоящей инстанцией в адрес нижестоящей называют, например, низкое качество процессуальных документов суда первой инстанции, невнимательное (небрежное) отношение нижестоящего суда к соблюдению правил судопроизводства и установлению обстоятельств дела; волокиту в судопроизводстве; фальсификацию отдельных процессуальных действий и другие допущенные судом нарушения и ошибки, которые по своему характеру не являются основаниями для отмены решения, но должны быть устранены в дальнейшей судебной практике», – пояснил Юлий Тай.

Судья ВС констатировал систематическое нарушение уголовно-процессуального закона московскими судамиТакой вывод сделан в постановлении об отказе в передаче на рассмотрение кассационной жалобы председателя Мосгорсуда на частное определение, в котором Второй кассационный суд потребовал пресечь нарушения прав граждан, допускаемые судами Москвы

Адвокат добавил, что, если вернуться к буквальному содержанию ст. 226 ГПК, суд может отреагировать на нарушение законности организаций и должностных лиц, к каковым формально судей нижестоящих судов отнести никак нельзя. «Однако Пленум Верховного Суда РФ, сохраняя традиции советского гражданского процесса, включая явные атавизмы, неоднократно призывал суды апелляционной, кассационной и надзорной инстанций путем вынесения частных определений реагировать на факты грубого нарушения судьями нижестоящих судов норм законодательства и Кодекса судейской этики (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 2003 г.; п. 59 Постановления Пленума ВС РФ от 19 июня 2012 г. № 13 , п. 19 Постановления Пленума ВС РФ от 31 мая 2007 г. № 27). Несмотря на указанные разъяснения высшей судебной инстанции с доктринальной точки зрения и учитывая конституционно-правовой принцип независимости судей, данные правовые позиции представляются, мягко говоря, не бесспорными, ибо вводят дополнительный механизм квазипроцессуального взаимодействия между судьями различных инстанций при равенстве их правового статуса», – отметил эксперт.

По его мнению, Верховный Суд России также разъяснял, что в случае же, если лицо, чьи права и законные интересы затронуты частным определением, не участвовало в деле, оно вправе обжаловать такое определение в надзорном порядке в соответствии с ч. 1 ст. 376 ГПК.

«Не так давно Второй кассационный суд общей юрисдикции уже выносил частное определение в отношении судей Мосгорсуда и даже его председателя, когда речь касалась сложившейся и распространенной практики необоснованных, слабо мотивированных судебных актов об избрании мер пресечения в виде содержания под стражей, а также продления сроков содержания под стражей. Вот то частное определение, как мне кажется, было вполне обоснованным и уместным. И председатель Мосгорсуда Ольга Егорова даже предприняла безуспешную попытку оспорить его в Верховном Суде», – отметил Юлий Тай.

Суд принял незаконное решение. Как мне его оштрафовать?

Вы часто рассказываете изумительные истории о том, как суды принимают незаконные решения и их потом отменяют.

А несет ли судья ответственность за свое решение? И можно ли его оштрафовать?

Денис К.

Верховный суд добавляет: судью нельзя наказывать и за допущенную судебную ошибку, из-за которой был принят неправильный судебный акт, — п. 2 ВС от 14.04.2016 № 13. То есть даже если судья принял решение, противоречащее закону, его все равно не накажут.

Но судья ответит, если нарушил сам процесс принятия решения. В некоторых случаях за такие нарушения можно потребовать денежную компенсацию. При этом деньги надо требовать не с судьи и не с суда, в котором он работает, а с государства. Давайте рассмотрим все подробнее.

Заявить о том, что судья принял заведомо незаконное решение, может любой потерпевший, то есть тот, чьи права это решение нарушило. Для этого достаточно написать письмо в любой правоохранительный орган, занимающийся борьбой с коррупцией: в следственный комитет, прокуратуру или ФСБ.

За заведомо ложный донос тоже предусмотрена уголовная ответственность по ст. 306 УК РФ.

Заявление о такой компенсации можно подать в суд, прекративший уголовное дело, или в суд по месту жительства заявителя. Есть детальное разъяснение Верховного суда о получении компенсации.

Например, в 2017 году по решению суда москвича посадили под домашний арест: он не мог выходить из своего дома и пользоваться интернетом. Прошло 6 месяцев, и уголовное дело прекратили, признав мужчину невиновным. Он потребовал компенсировать 4 млн рублей морального вреда. Суд, правда, компенсировал только 50 тысяч.

Потребовать компенсации в Европейском суде можно не только по уголовным делам. Например, одному гражданину РФ запретили в течение 5 лет выезжать за границу, потому что до увольнения у него был доступ к государственной тайне. Мужчина безуспешно пытался обжаловать отказ в российских судах, а потом обратился в Европейский суд и отсудил у государства 5 тысяч евро.

Замечание — это самый легкий вид наказания. Если в течение года судья уже получал замечание или если за проступок замечания явно недостаточно, то выносят предупреждение.

Например, по правилам в ходе заседаний судья сначала должен предложить разрешить спор миром. Если он этого не сделает, вряд ли он получит замечание: это мелкое нарушение процесса. Все понимают, что оно почти наверняка не повлияет на исход дела.

Но вот если судья не вызвал ответчика в суд, то он однозначно нарушил его права. Судье Советского районного суда Брянска в 2018 году за такой проступок вынесли замечание.

Другой пример: судья Нижегородского районного суда получил предупреждение за частую отмену его определений о возврате исков.

А вот за то, что судья обращается к сторонам спора, используя нецензурную лексику, его могут и уволить — так случилось в 2018 году в Краснодаре. Еще одного судью уволили в 2017 году за то, что он не хотел передавать в вышестоящий суд жалобу на свое решение.

Решение о привлечении судьи к дисциплинарной ответственности принимает Квалификационная коллегия судей. Жаловаться надо в коллегию региона, где работает судья. Контакты нужной коллегии можно узнать на сайте Высшей квалификационной коллегии судей.

По делам, рассмотрение которых затянули мировые и районные суды, заявление о компенсации надо подавать в суд соответствующего субъекта. Он может называться областным, краевым и т. д. Если рассмотрение дела просрочил арбитражный суд, то надо обращаться в арбитраж округа: ч. 2 ст. 3 ФЗ № 68-ФЗ.

За судебную волокиту платит не судья, который ее допустил, а Министерство финансов: ч. 2 ст. 5 ФЗ № 68-ФЗ.

К примеру, в ноябре 2015 года один предприниматель из Москвы попытался через суд вернуть свое полиграфическое оборудование. Дело было несложным, но арбитражный суд рассматривал его больше года.

Все это время предприниматель не мог полноценно вести свой бизнес.

В сентябре 2017 года истец выиграл дело, но на этом не остановился: в январе 2018 года он дополнительно взыскал с Министерства финансов 40 тысяч рублей за то, что суд долго рассматривал его иск.

Расписать все подробности судебного процесса в одном ответе невозможно. У нас есть целая серия статей, которые помогут вам в суде:

Если у вас есть вопрос о личных финансах, правах и законах, здоровье или образовании, пишите. На самые интересные вопросы ответят эксперты журнала.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *